Menu

Экзист развалился: что случилось и где заказывать запчасти

Содержание

Exist.ru — автозапчасти. — «Exist-это торговая площадка!»

Добрый день, автолюбители!

Я давно знакома с интернет-магазином [ссылка], выяснила, что это обыкновенная торговая площадка, как, например, всеми любимый Aliexpress. У экзиста есть собственные склады запчастей, если в поисковике вбить номер запчасти, сможете увидеть зелёные строчки это и есть их собственные товарные запасы.

Все остальные белые строчки — это товар со всех городов России. Работает это так: Большие и небольшие магазинчики запчастей, подшивают в электронном виде свои запчасти по оптовым ценам, EXIST накидывает свой определённый процент и продаёт розничным и оптовым покупателям.

Отсюда следует: Exist не может дать гарантию, что запчасти новые, они не в состоянии проверить каждого поставщика. У меня был случай когда в заказанной коробке обнаружила откровенно б/у запасную часть. Бывало, несоответствие левой и правой стороны.

Встречаются открученные лампочки в фаре, хотя производитель чёрным по белому указал, в колонке информация -полная комплектация! Будьте бдительны, в таких случаях вы имеете право отправить товар назад, и перезаказать ещё раз или отказаться.

Что касается каталогов по подбору запчастей. Лучше не рисковать, все каталоги существуют для простейшего ознакомления, там могут быть неправильные номера! Такое часто бывает, когда по Vin коду всё открылось, и нужную запасную часть находишь, а в итоге она не применяется для вашего авто! Можно попасть на крупные деньги… Профессиональный подбор запчастей должен осуществляться на оригинальной программе. Все эти программы не на русском языке. Чаще на англ. или нем. языках.

И ещё один важный момент! Когда заказываете последний парный товар, например, тормозные диски или барабаны, пружины, амортизаторы и так далее— в комментариях указывайте: «Выкупать только парно», иначе могут продать вам оставшийся в одном экземпляре, и придётся ещё раз заказывать, и хорошо, если этой же самой фирмы запчасти будут у другого поставщика! А если нет? Допустим, вы купили один амортизатор «Каяба», а другой «Токико». Это отразится на работе подвески!

Рекомендую этот сайт, но будьте внимательны и вдумчивы.

С магазином знаком с 2001 г., с тех пор, как сел за баранку своего первого пассата 1989 г.в. Тогда еще и магазина этого в Калуге не было, в Москву запчасти заказывал. Еще в то время восхищался удобством. Молодой был, названий запчастей не знал, надо было что-то купить, приходил в обычный магазин и начинал на пальцах объяснять что нужно и не редко бывало, что не то что требуется покупал, потому что продавцы, в общем-то, тоже не всегда профессионалы. Тут же с менеджерами можно вообще не общаться. Залез под машину, обнаружил, к примеру, резинку разбитую (ну или трещину в рычаге), пришел за комп, нашел на схеме эту резинку, сразу видно кучу предложений этой резинки на любой бюджет, выбрал из списка на свой вкус (Китай, Турция, Германия, Беларусь …) и заказал, оплатил, через 2 дня приехал и забрал. Потрясающе. Не надо название знать, никто тебе не втюхает то, что на складе давно лежит вместо того, что тебе хочется, по цене не обманут, ate по цене trw не продадут. На схеме найти можно все что угодно, вплоть до каких-то микро шурупиков и деталей салона, которых вообще нигде, кроме как здесь не найти. Тут кто-то писал, что для оплаты нужно посещать офис. Вот меня всегда эти люди удивляли. Ну хватит, ну 21 век на дворе! Ну чего вы толпитесь в очередях? Что в Exist, что на вокзал, что в кино, что на почту со своими жкх квитанциями. Кругом же интернет! Пользуйтесь им во благо! Зарегистрировался на сайте, или в приложении, выбрал чего хочется, заказал, оплатил. Не можешь найти что нужно: отправь запрос менеджеру (или позвони), он тебе сам все найдет и список предложений вышлет, останется только выбрать и оплатить. Цены на любой бюджет, ассортимент абсолютно на любой вкус. Хочешь подешевле — на подешевле, хочешь получше — на получше. Никто тебе ничего не втюхивает и не лезет со своими тухлыми рекомендациями. Если заказал, да неожиданно передумал, но запасть уже привезли — не проблема, тут же на сайте лишние запчасти можешь обратно продать. Работали бы они еще до 20:00, как раньше, да и глубже в регионы чего-то Exist не особо спешит продвигаться — это единственное к ним замечание.

Дело принципа: Россия должна отказаться иметь дело с Литвой

Посол России в Вильнюсе ответил на заявление президента Литвы о заинтересованности в хороших отношениях с Россией словами о том, что Россия всегда готова к развитию добрососедских связей с Литвой. Проблема в том, что президент Гитанас Науседа выразил готовность к хорошим отношениям с некоей другой, альтернативной Россией, а та Россия, что есть, его не устраивает. Хороший повод задуматься, устраивает ли Россию сегодняшняя Литва, чтобы иметь с ней добрососедские отношения?

«Российско-литовские отношения, к сожалению, как уже неоднократно подчеркивалось нами, находятся в самой низкой точке за всю новейшую историю их существования», — заявил в интервью литовской прессе посол России в Вильнюсе Алексей Исаков.

Что касается России, то мы «готовы к выстраиванию по-настоящему добрососедских связей, основанных на взаимном уважении, учете интересов друг друга, невмешательстве во внутренние дела» — сказал посол.

Эти слова можно считать ответной репликой на недавнее заявление президента Литвы Гитанаса Науседы о надежде на хорошие отношения с Россией.

Только если вчитаться в это заявление, то окажется, что с существующей Россией первое лицо Литвы никаких отношений не хочет, а надежды его связаны с некоей «прекрасной Россией будущего», которая будет выстроена по литовским лекалам.

Действующий договор об основах межгосударственных отношений между Россией и Литвой, который дает надежду на хорошие отношения, был подписан 29 июля 1991 года. Надежды связаны не столько с самим договором, сколько с датой подписания, когда «народы России и Литвы вместе боролись за свободу».

«Это был период, когда литовцы в Вильнюсе и русские в Москве храбро противостояли танкам, чувствуя искреннюю поддержку друг друга. Вместе мы были сильнее», — сказал Гитанас Науседа.

То есть при ближайшем рассмотрении оказывается, что ничего сенсационного президент Литвы не сказал.

Он демонстрирует стойкую приверженность государственной идеологии, согласно которой «прекрасная Россия будущего» для Литвы — это Россия начала 1990-х годов.

Что это была за Россия? Та, которая прокляла все свое советское прошлое, включая победу в Великой Отечественной войне, развалилась на части, бросив 25 миллионов русских на бывших национальных окраинах, оказалась на пороге массового голода, добровольно сдала все свои интересы и позволила НАТО вплотную приблизиться к госграницам. А еще стала молиться на США как на Бога, жить от кредита до кредита МВФ и подчиняться указаниям «гарвардских мальчиков».

У абсолютного большинства россиян воспоминания о той стране вызывают смесь ужаса и мучительного стыда, так что надеждам руководства Литвы на другую Россию не суждено сбыться. Это не значит, что она никогда не изменится. Россия за свою тысячелетнюю историю доказала способность к фантастическим метаморфозам. Это значит, что шансы на то, что другая Россия будет создаваться по образцам 1991 года, стремятся к нулю.

Другой вопрос, устраивает ли Россию сегодняшняя Литва, чтобы иметь с ней добрососедские отношения, если в Вильнюсе того пожелают?

Что это за Литва? Это Литва, в которой российский гражданин Юрий Мель осужден на 10 лет по статье «военные преступления и преступления против человечности» за то, что в ночь на 13 января 1991 года он светил фарами танка и произвел холостой выстрел из направленной в воздух пушки. Литва, в которой общественных деятелей, выступающих за добрососедские отношения с Россией, автоматически обвиняют в государственной измене.

Советские диссиденты в зрелую перестройку выходили на улицы бороться за европейское демократическое будущее Литвы. В современной Литве появились собственные диссиденты, которых преследуют советскими методами за отказ от государственной идеологии.

Литовские власти изымают из типографий и запрещают к распространению книги, арестовывают их издателей и травят их авторов. За несогласие с официальной трактовкой вопросов истории действует уголовная статья, по которой можно сесть в тюрьму на несколько лет. Когда начинаешь разбираться, выясняется, что такая жесткость нужна, чтобы защитить от исторических фактов и показаний судмедэкспертизы собственную ложь о том, что красноармейцы во время Великой Отечественной войны занимались в Восточной Пруссии геноцидом литовского населения, а защитников Вильнюсской телебашни 13 января 1991 года расстрелял советский спецназ.

Что же касается российско-литовских отношений, то что это были за отношения, когда они были? Какую повестку двусторонних отношений предлагал Вильнюс? Покаяться за «советскую оккупацию» и выплатить Литве 830 миллиардов долларов материальных компенсаций.

Может, и лучше, что с Литвой у России сейчас никаких политических отношений нет?

Может, пора поставить вопрос ребром и сказать, что с Литвой в ее нынешнем виде у России в принципе не может быть отношений, и Москва готова развивать отношения только с другой, альтернативной Литвой?

Прекрасной Литвой будущего, в которой людей не сажают за то, что они отстаивают историческую правду и пишут книги о 13 января? В которой не держат в тюрьме ни за что тяжело больных россиян.

У России запас прочности выше, чем у Литвы. Она появления новой, лучшей Литвы дождется быстрее, и даже может поспособствовать процессу превращения гадкого утенка в лебедя.


Подписывайтесь на Балтологию в Telegram и присоединяйтесь к нам в Facebook!

Рухнувший под Иркутском Ан-12 эксплуатировался более 50 лет

Напомним, что вчера в Иркутске при заходе на посадку разбился грузовой самолет Ан-12 принадлежащий белорусской авиакомпании «Гродно». Все кто находился на борту погибли. Одна из вероятных причин трагедии — погодные условия. В районе аэропорта идет мокрый снег. Борт возвращался с Чукотки, куда доставил продукты питания.

По предварительной информации, экипаж не смог приземлиться с первого раза и ушел на второй круг, вероятно, из-за плохих погодных условий. В районе аэропорта шел мокрый снег. Самолет обнаружили в семи километрах от взлетно-посадочной полосы. От удара машина развалилась на части и загорелась.

Уже известно, что авиакомпании «Гродно», которая специализируется на грузовых перевозках и авиаобработке полей, по данным на сайте, было 16 бортов, 10 из которых – это легендарные «кукурузники» Ан-2.

Тяжёлых 4-моторных турбовинтовых Ан-12БК в авиакомпании было три, летали два. Одному почти 54 года (борт EW-469TI), другому – почти 51 год (EW-435TI). Пока нет точной информации, какой именно из этих двух самолётов упал под Иркутском, но в любом случае ему более 50 лет.

Заслуженный летчик-испытатель, Герой России Магомед Толбоев сообщил в разговоре с URA.RU, что России нет заводов, которые могли бы ремонтировать Ан-12. Также на них давно не выпускают запчасти. Толбоев также отметил, что самолет не оборудован под тяжелые погодные условия. Летчик выразил недоумение, почему Ан-12 до сих пор летают.& ; v>ТЕМ ВРЕМЕНЕМ

Глава региона Игорь Кобзев поручил оказать помощь в размещении родственников погибших в жуткой авиакатастрофе.

Вопрос размещения родственников погибших обсудили в рамках заседания специальной комиссии под председательством Игоря Кобзева. Как отметил Глава региона, службы отреагировали оперативно и ликвидировали очаг возгорания.

«Сейчас нужно создать условия для работы следственных органов, освободить дорогу. Я уже связался с руководителем Федерального агентства воздушного транспорта Александром Нерадько, переговорил и с авиакомпанией, представители которой вылетают завтра в Иркутск. Мы также продолжим работу в зоне катастрофы», — отметил uубернатор.

Он также отметил, что сейчас информацию передают в консульство Украины в Новосибирске и в посольство Республики Беларусь в Москве. Решается вопрос о транспортировке погибших. Их родственникам будет оказана психологическая помощь. Для этого в региона организовали горячую линию 8 (3952) 40-99-99.

Вместе с тем, власти обсуждают перенос аэропорта за пределы Иркутска. Как отметил Игорь Кобзев, это вопрос не одного дня, но его будут усиленно решать.


Приметы в день Казанской иконы Божьей Матери 4 ноября 2021 года

Приметы в день Казанской иконы Божьей Матери 4 ноября 2021 года помогали предкам узнать, какой будет погода предстоящей зимой. Он отмечается российским народом уже больше трехсот лет. В честь иконы есть две даты празднования: летнюю принято отмечать 21 июля, а вот осеннюю – в ноябре.

Значение праздника Казанской иконы Божьей Матери

На границе 16 и 17 веков в России случилась целая серия трагических происшествий. Эта эпоха сейчас известна в качестве Смутного времени. Это был период большого кризиса в Московском государстве, который был вызван пересечением царской династии Рюриковичей.

В скором времени кризис превратился в национальный. Государство развалилось, начали появляться самозванцы. Это время запомнилось грабежами, разбоями, воровством и пьянством.

По просьбе Святейшего Гермогена, русские люди стали на защиту своей родины. В нижегородское ополчение, которым руководили Кузьма Минин и Дмитрий Пожарский, направили из Казани список чудотворной иконы Пресвятой Богородицы.

Ополченцам стало известно обо всех чудесах, которые произошли у иконы. Они взяли ее с собой и все время молились, умоляя о помощи. В итоге им удалось освободить Китай-город и взять Кремль.

В память об избавлении Москвы от поляков, по воле царя Михаила Феодоровича, Православная Церковь установила каждый год проводить в Москве празднование с крестным ходом, посвященное Казанской иконе Божией Матери.

Изначально праздник отмечался лишь в Москве, но спустя некоторое время он стал всероссийским. Икона стала настоящей святыней Казани, Москвы, Ленинграда и всей страны.

Приметы на День Казанской иконы Божьей Матери 4 ноября 2021 года


Приметы в этот день способны предсказать точную погоду на ближайшее время и будущий год:

  • если нет осадков, год будет трудным, неурожайным, со сложной погодой;
  • мелкий дождь утром говорит о приближении ветра и снега;
  • небольшой мороз предвещает минусовые температуры по ночам;
  • какая погода на праздник, такая будет и зима;
  • туман утром на дороге стелится — значит, еще можно ждать тепла до новогодних праздников;
  • солнечная погода предвещает сильный снег зимой и затяжные морозы.

Раньше фермеры в праздник старались проветрить погреба и подвалы. Говорили, что в таком случае запасы будут хорошо храниться на протяжении всей зимы, их не будут трогать грызуны и насекомые.

Владельцы большого рогатого скота отправлялись в храм, чтобы попросить благодати. Считалось, что молитва перед иконой станет залогом качественного урожая.

Казанская икона считалась бабьей заступницей из-за своего чудотворного влияния на судьбу представительниц прекрасного пола. В праздник молодая девица вставала утром пораньше и отправлялась к березе. Там нужно было отыскать покрытый наледью листочек после заморозков. Поговаривали, что если найти такой и посмотреть в него, прохожие ребята будут заглядываться на нее.

Девицы также хранили мед и одно яблоко после Яблочного Спаса. На праздник Казанской иконы Божьей Матери с ними можно было провести обряд на избавление от дефектов кожи. Девица очищала шкурку с яблока и выкидывала ее. Далее его нужно было натереть и смешать с медом. Этой смесью мазали лицо и тело, чтобы избавиться от бородавок и шрамов.

Казанская икона Божьей Матери 4 ноября 2021 года: что не стоит делать

В праздник не нужно заниматься домашней работой, к примеру, уборкой, стиркой, глажкой. Несмотря на то, что он не входит в список двунадесятых, все же не стоит нагружать себя делами.

Лучше провести время в молитве. Обязательно утром стоит отправиться в храм. Любая домашняя суета будет бессмысленной. Вместо этого лучше провести время с семьей и родными людьми.

В праздник также нельзя скандалить и затевать ссоры. Для того чтобы было отличное настроение, стоит пересмотреть круг общения и не проводить время с людьми, которые вам неприятны.

В праздник нужно собраться всей семьей за столом. Важно собрать родственников и близких людей. Особенно если давно не было повода встретиться.

В этот праздник разрешено венчаться. Раньше пары старались создавать семьи именно в этот день. Считалось, что муж с женой проживут длинную и счастливую совместную жизнь.

экзистенциалистских уроков для общественного коллапса Экзистенциалистские уроки для общественного коллапса

Что, если мир, в котором мы сейчас живем, рухнет? То, что звучит как тема нового постапокалиптического телешоу, на самом деле является тем, что занимает развивающееся научное движение под названием коллапсология. Лучше всего его можно охарактеризовать как междисциплинарное исследование промышленного и общественного коллапса из-за климатической нестабильности. Коллапсология предлагает людям осознать тот факт, что радикальные системные изменения и неопределенное коллективное будущее — это не мрачная фантазия.Скорее, идея постоянного роста и неопределенной стабильности — это фантазия, от которой нам нужно избавиться. Эта концепция получила признание после того, как книга Пабло Сервиня и Рафаэля Стивенса «Как все может рухнуть: руководство нашего времени » (2020) была переведена на английский язык и, таким образом, достигла международной аудитории. В том же году пандемия Covid-19 послужила пугающе очевидным свидетельством некоторых утверждений авторов. Он обнажил уязвимость нашего нынешнего мирового порядка и был воспринят многими как тревожный сигнал о том, что жизнь в том виде, в каком мы ее знаем, действительно может быстро измениться, в то время как наши системы не кажутся такими устойчивыми к непредвиденным глобальным кризисам, как можно было бы ожидать. .

По мнению коллапсологов, наш климат нельзя спасти — утверждение, которое противоречит политическим программам и общественным дебатам до сегодняшнего дня, в которых изменение климата часто представляется как «предотвратимую катастрофу» (Methmann & Rothe, 2021, 333). В последнее время все больше и больше научной поддержки за пределами движения коллапсологии, кажется, противостоит этому дискурсу. Согласно статье, опубликованной в Scientific American , новые данные свидетельствуют о том, что предыдущие оценки потепления океана и, следовательно, повышения уровня моря были слишком низкими, а глобальное потепление происходит быстрее, чем когда-либо рассчитывалось (Jamieson, 2019).В открытом письме от декабря прошлого года международная группа ученых и ученых призвала политиков начать обсуждение «рисков разрушения или коллапса общества», поскольку они «считают коллапс общества вероятным сценарием в этом столетии» (Weyhenmeier et al., 2020 ). Сервин и Стивенс признают, что любой продуктивный дискурс о коллапсе общества требует тонкой грани между отказом от отрицания и подходом «как обычно» и в то же время не увлекаться фаталистическими нарративами о конце света ( Сервин и Стивенс, 2020).Итак, как же — это , чтобы разрешить дискуссию о всеобъемлющих социальных изменениях?

Экзистенциализм, современная философия, зародившаяся в послевоенных Франции и Германии, может быть ценным ресурсом в размышлениях о коллапсе общества. Это может помочь нам выйти за рамки общепринятой логики кризисного управления, потому что оно включает в себя состояние незнания и тем самым может дать импульс для направления беспокойства о неопределенном будущем продуктивным, творческим и самоопределенным способами:

Вне антикризисного управления: экзистенциализм на отказе от уверенности

В своем Руководстве по Collapse (2020) Сервин и Стивенс объясняют, почему они решили говорить о коллапсе, а не о кризисе.В то время как кризис означает обратимость, состояние исключения, после которого может вернуться нормальность, коллапс означает постоянную потерю непрерывности, за которой нет ничего определенного. Следовательно, принятие неопределенности не только как отдельного человека, но и на уровне политики и управления должно быть первым шагом в коллективной адаптации к будущему. Метман и Роте утверждают, что даже несмотря на то, что в дискурсе глобального управления существует «логика апокалипсиса», которая подчеркивает непредсказуемый и катастрофический характер изменения климата, ни одна из этих неотложных задач не претворяется в жизнь.Вместо того, чтобы применять исключительные меры и стремиться к системным изменениям, политики полагаются на «рутинные и микропрактики управления рисками» (Methmann & Rothe, 2012, 337). Это окажется контрпродуктивным, поскольку, как утверждают коллапсологи, мы имеем дело не с «всего лишь» еще одним кризисом или единичным событием, которое наши текущие системы могут сдержать. Чтобы произошли системные изменения, серьезно относящиеся к конечному характеру наших нынешних социальных, экономических и экологических систем, мы должны отказаться от уверенности.Вместо того, чтобы цепляться за рутинные способы борьбы с риском и незащищенностью, которые сделают нас только более уязвимыми в долгосрочной перспективе, экзистенциалистское мышление может помочь нам действовать не на основе того, что, как мы думаем, мы знаем, а исходя из непредвиденных обстоятельств, истинных не зная.

Экзистенциализм утверждает, что человеческая жизнь всегда была фундаментально неопределенной, а предсказуемость — лишь иллюзией. Единственное, что мы можем контролировать, — это степень нашего осознания этого. Во времена относительной социальной стабильности и безопасности большинство из нас может не осознавать или предпочитать не осознавать всепоглощающую неопределенность и мимолетную природу жизни, если только мы не испытали драматические, непредвиденные изменения в жизни или столкнулись со смертью.Живя без этого осознания или, как выразился Сартр, «недобросовестно» (Sartre, 2007), мы по-прежнему застреваем в воссоздании, казалось бы, постоянных структур и создаем иллюзию стабильности, которая в конечном итоге может сделать нас более уязвимыми для неизбежных изменений. Но экзистенциалистское мышление делает больше, чем просто заставляет нас осознать неопределенность. Это показывает нам, что неопределенность — это не что-то вне нас, некая внешняя сила, угрожающая нашей структурированной жизни, а скорее она неотъемлемая часть нас как людей и нашего жизненного опыта: «Экзистенциальная неопределенность случается не с нами, это мы» ( Хохипуха, 2018).Если мы сможем принять это, тогда мы сможем сместить наше внимание с попыток избежать неопределенности и использовать ее как источник творчества и как возможность сознательно формировать нашу жизнь.

Беспокойство о будущем: экзистенциализм в принятии отрицательных эмоций

Сервин и Стивенс описывают предмет своего изучения как нечто «проникающее прямо в самую суть вашего существа. Это огромный шок, отрезвляющий тревожный сигнал », который может сопровождаться отрицанием, гневом, страхом, замешательством, а также горем (Servigne & Stevens, 2020, 8).Размышление о коллапсе общества приводит нас к соприкосновению с нашей смертностью не только как отдельных существ, но и как человеческой расы, что может быть одной из самых пугающих перспектив из всех. Экзистенциалистская философия может предложить конструктивный подход к борьбе с отрицательными эмоциями, не будучи парализованным и подавленным ими. Экзистенциализм отвергает идею утешительных иллюзий или руководства через наш жизненный опыт, и поэтому может показаться нелогичным обращаться к экзистенциалистской мысли, когда сталкивается с тревогой и страхом неопределенности.Однако именно конфронтация с писаниями экзистенциалистов может служить формой катарсиса для снятия некоторого стресса и беспокойства по поводу будущего. Если мы решим верить коллапсологам, что в ближайшие десятилетия каждый испытает некоторые дестабилизирующие последствия изменения климата очень неудобным, возможно, даже опасным для жизни образом, отклонение или игнорирование этого может усугубить симптомы экзистенциального страха. Поскольку мы не можем отрицать, что коллапс принесет с собой страх перед неизвестным, именно то, как мы решаем противостоять этой реальности, индивидуально или коллективно, определяет наш опыт ее восприятия.

Экзистенциалистское мировоззрение не избавляет от страха и беспокойства, но может придать им иное качество. Кьеркегор (1980) пишет в Концепция тревоги :

.

«Беспокойство можно сравнить с головокружением. У того, чей глаз случайно смотрит в зияющую бездну, кружится голова. Но в чем причина этого? Это так же сильно в его собственном глазу, как и в бездне, предположим, что он не смотрел вниз. Следовательно, тревога — это головокружение свободы […] »(61)

Тревога здесь несет в себе позитивный или конструктивный оттенок, а не паралич и дисфункцию в ее обыденном смысле этого слова.Это дает нам силу, поскольку заставляет нас признать и ценить нашу свободу и силу нашего выбора, «ибо предположим, что он не смотрел свысока». Мы можем отвлечься и не сталкиваться с собственным существованием. Однако, если мы посмотрим вниз и осознаем ограниченность нашей свободы, мы сможем по-новому оценить наше человеческое состояние и все эмоции, которые с ним связаны.

Воображая будущее: экзистенциализм придумывая «сказки переходного периода»

Столкновение с полным осознанием ограниченности и конечной природы не только нашего собственного существования, но и наших нынешних парадигм и систем, на которых основан наш коллективный мир, открывает целый спектр возможностей, которые мы, возможно, не могли представить раньше.Это приводит к третьему аспекту, в котором коллапсология может извлечь пользу из экзистенциалистской мысли при размышлении о будущем обществе в мире после коллапса. Коллапсологи считают, что иметь дело с неопределенным будущим означает, что «почти все будет разыгрываться на основе воображаемого, наших представлений о мире» (154). Опять же, на первый взгляд экзистенциализм может показаться неподходящей философией, когда дело касается воображения и будущих повествований, поскольку, как провозгласил Сартр, «реальность существует только в действии, человек — не что иное, как сумма его действий» (Сартр, 2007, 37).Однако если мы предположим, что действия, которые мы выбираем, часто основаны на поведенческих моделях и им всегда предшествуют намерения и мысли, тогда, если мы хотим осознать и изменить свои действия, нам нужно сначала изменить наши мысли и то, как мы представьте себе наш мир.

В этом случае мы должны спросить себя, как мы себе представляем коллапс. Если первое, что приходит на ум, — это состояние анархии и регресс людей к первичному режиму «выживания наиболее приспособленных», тогда мы должны осознавать, что это наш выбор — представить конец нашей нынешней цивилизации таким образом.Как и экзистенциалисты, коллапсологи говорят, что нам решать, какие истории, какой миф о «конце света» рассказывать сами себе. Если мы решим верить, что после того, как наши нынешние системы выйдут из строя, мы должны сдаться выжившему будущему, в котором каждый человек борется за себя, тогда мы создадим коллективную атмосферу страха, напряжения и насилия. Одним из фундаментальных краеугольных камней экзистенциализма является представление о том, что «существование предшествует сущности» (Sartre, 2007, 20), означающее, что не существует «человеческой природы», которая программирует нас на поведение определенным образом.Следовательно, будущее общества «после коллапса» полностью условно. Бросая вызов усвоенным образцам поведения, традиционной логике и, казалось бы, неизменным истинам и потенциально отказываясь от них, мы можем мыслить более творчески и расширять круг возможных действий на выбор.

Сервин и Стивенс (2020) говорят об изобретении «историй о переходном периоде», которые укрепляют веру в возможность жизни в пост-нефтяном и пост-экономическом будущем (155). Экзистенциалистская литература может быть частью этих повествований и способствовать творческому, продуктивному подходу к краху, заставляя нас противостоять ограничениям человеческого опыта.В то же время экзистенциализм может помочь нам осознать, что мы живем в несвязной, разрозненной реальности, в которой разные группы людей будут интерпретировать одно и то же событие и по-разному реагировать на него. Таким образом, эти воображаемые образы не могут служить оправданием для передачи ответственности какой-то более важной цели или грандиозному плану будущего.

Наконец, самые большие недостатки экзистенциализма заключаются в его самых сильных сторонах. Как изначально обусловленное философское мировоззрение, оно заставляет людей вернуться к себе и дает им осознать потенциал их собственной индивидуальной деятельности.Он не может предложить ни этических принципов, ни действенной дорожной карты на будущее. Он может дать возможность преодолевать неопределенность и действовать, но не может отличить «правильные» от «неправильных» решений. Тем не менее, удерживая пространство в промежуточном пространстве незнания, экзистенциалистская мысль может увести нас от обычных рассуждений к более творческим, нестандартным способам мышления. Это может быть крайне неудобный путь, но в мире прогрессирующей дестабилизации он потенциально единственный, который может способствовать повышению производительности и устойчивости.

 Автор 

Мирьям Лимбруннер — аспирант по международной криминологии Гамбургского университета, Германия, и Еврейского университета в Иерусалиме. Ее основные интересы лежат в логике управления рисками и безопасностью в Израиле / Палестине, а также в зеленой криминологии.

Библиография

Хохипуха, Н. (3 ноября 2018 г.). Экзистенциальная неопределенность. Абсурдное существо . https: // absurdbeingblog.wordpress.com/2018/11/03/existential-un surety/.

Джеймисон, Н. О. и др. (2019, 19 августа). Ученые недооценивают скорость изменения климата. Сеть блогов Scientific American . https://blogs.scientificamerican.com/observations/scientists-have-been-underestimating-the-pace-of-climate-change/.

Кьеркегор, С. (1980). Понятие тревоги. Простое психологически ориентированное обсуждение догматической проблемы наследственного греха .(Р. Томте, Б. Альберт, пер.). Издательство Принстонского университета.

Метманн, К. и Роте, Д. (2012). Политика послезавтра: логика апокалипсиса в глобальной климатической политике. Диалог безопасности , 43 (4), 323–344.

Сартр, Ж.-П. (2007). Экзистенциализм — это гуманизм (К. Макомбер, пер.). Издательство Йельского университета.

Сервин П. и Стивенс Р. (2020). Как все может рухнуть. Учебник нашего времени (А.Браун, Пер.). Polity.

Weyhenmeier, G. et al. (2020, 6 декабря). Предупреждение о климате и риске общественного коллапса (Открытое письмо) . Хранитель. http://www.theguardian.com/environment/2020/dec/06/a-warning-on-climate-and-the-risk-of-societal-collapse.

Как цивилизации препятствуют вымиранию перед лицом экзистенциальных кризисов

Люди отличают себя от других животных своей способностью распознавать и предотвращать надвигающиеся угрозы. Тигр или голубь не могут спланировать наводнение, которое может произойти через десятилетия, а затем построить свои логова для защиты; люди, с другой стороны, наделены способностью предсказывать и предвидеть угрозы, которые могут произойти в далеком будущем.

Таким образом, странно думать, что американская цивилизация (по большей части) остро осознает угрозу изменения климата, но пока что неспособна компенсировать и преодолеть ее. Мы строим наши города, чтобы противостоять ураганам и наводнениям, жаре и холоду; мы строим плотины и ветряные мельницы и перенаправляем реку Колорадо, чтобы обеспечить гидратацию Феникса и Тусона, что обошлось в 4 миллиарда долларов. Теперь мы остро осознаем экзистенциальную угрозу изменения климата — его способность невообразимым образом разрушить нашу жизнь или даже привести к концу человеческой цивилизации.Так почему же наша цивилизация не может осмыслить это?

Частично это может быть связано с тем, что реальность трудно представить. Во-первых, никто из ныне живущих не пережил крушения целой цивилизации; реальный повседневный опыт наблюдения за этим процессом нам чужд.

Тем не менее, трудно понять, почему какое-либо общество, особенно наше, может позволить себя вымирать. Мы уже знаем, что изменение климата подпитывает лесные пожары, пожирающие тихоокеанское побережье, и вызывает повышение уровня моря, которое вскоре затопит такие города, как Нью-Йорк.Большие участки планеты станут слишком жаркими или сухими для обитания (до свидания, Феникс), экстремальные погодные явления, такие как ураганы, станут гораздо более частым явлением, а цепочки поставок всего, от продуктов питания до микрочипов, будут нарушены.

Тем не менее, несмотря на это знание, мы все еще, кажется, готовы «ходить по доске с широко открытыми глазами», если цитировать хитовую песню Gotye 2010 года на эту тему. Даже после того, как группа ООН по климату выпустит очередной доклад, предупреждающий об экологическом апокалипсисе, если мы не устраним выбросы парниковых газов, человечество не сделает того, что должно: отбросить все другие приоритеты до тех пор, пока не будет нейтрализована угроза существованию.

Странно то, что если посмотреть на историю, есть и другие ситуации, в которых общества сталкивались и осознавали экзистенциальные угрозы. Некоторые воспользовались этим случаем и преодолели их; другие видели надпись на стене, но не могли изменить свой образ жизни. Саги о предыдущих цивилизациях, которые осознавали эти угрозы — и либо преклонялись перед ними, либо планировали их вокруг них — являются ключом к пониманию тяжелого положения нашей империи, которая изо всех сил пытается справиться с климатическим кризисом.

* * *

Мы можем начать с урока, когда что-то пошло не так, а именно, Ирландия, когда голод, который был полностью предсказуем, произошел, несмотря на многочисленные предупреждения.

Великий голод 1845–1852 гг. Произошел из-за жестокого сочетания экономической и экологической несправедливости, учиненной английскими завоевателями Ирландии. Что касается экономики, то английские и англо-ирландские землевладельцы и посредники (люди, которым было поручено собирать ренту) контролировали землю и богатство острова, в результате чего католический простой народ оставался в крайней нищете. Их способность контролировать землю была настолько ограничена, что им приходилось полагаться на картофель в качестве пищи, поскольку его можно было выращивать дешево, в изобилии и на земле более низкого качества.Более 175 правительственных комиссий разного рода предупредили, что экономическая система в Ирландии неустойчива, поскольку миллионы людей уже страдают от голода и плохого здоровья, и малейший ветерок неудачи может разрушить весь карточный домик.

Этот образный ветерок наконец пришел в 1845 году в виде Phytophthora infestans, грибовидного организма, уничтожившего посевы картофеля по всей Ирландии. Уничтожив до половины урожая картофеля в 1845 году и три четверти в течение следующих семи лет, Великий голод в конечном итоге привел как минимум к 1 миллиону смертей и эмиграции еще как минимум 1 миллиона душ (многие из них в Америку). .Англия применила некоторые полумеры в полуискренней попытке облегчить страдания — они отменили законы, которые делали основные продукты питания, такие как хлеб и кукуруза, непомерно дорогими, например, — но отказались сдерживать алчность элит. Ирландский рабочий класс по-прежнему был вынужден производить такие продукты, как фасоль, горох, мед и кролики, которые экспортировались в другие страны (в некоторых случаях, например, в случае с маслом и скотом, экспорт мог увеличиться). Экономическим элитам по-прежнему разрешалось эксплуатировать ирландский рабочий класс разными способами.Сама концепция широко распространенного перераспределения богатства, которая сама по себе может создать экономическую справедливость и ответственное землепользование, никогда серьезно не рассматривалась.

Ирландия, таким образом, выступает главным образом как наглядный урок опасности позволить особым интересам диктовать политику, особенно когда эксперты могут предвидеть неблагоприятные последствия. У держав, контролирующих Ирландию, были все основания знать, что надвигается катастрофа, но, поскольку они не ценили жизни ирландцев, им не удалось предотвратить гуманитарную катастрофу.Бизнес-логика взяла верх над простой старой логикой.

Не помогает то, что, в отличие от ирландцев середины XIX века, земляне в начале XXI века не имеют возможности эмигрировать.

* * *

Нидерланды представляют нам более обнадеживающий пример цивилизации, столкнувшейся с экзистенциальной угрозой и борющейся с ней. Еще во времена Римской империи область, ныне известная как Нидерланды, была известна своими сильными наводнениями из-за своей низкой высоты.Как наблюдатели, так и жители знали, что, если регион будет заселен, наводнение необходимо будет контролировать.

Таким образом, ко второй половине первого тысячелетия нашей эры жители Нидерландов уже начали строительство рудиментарных дамб. Строительство дамб началось всерьез в начале второго тысячелетия, и к 13 веку большинство дамб были связаны друг с другом, так что могла существовать постоянная система морской обороны. Примерно в это же время голландские власти даже создали местные водные щиты, чтобы поддерживать плотины.

Важно отметить, что голландские политики на протяжении многих лет продолжали работать вместе, чтобы поддерживать свои дамбы, при этом большинство основных политических институтов страны признавали, что само их выживание зависит от них. В 1953 году, когда уровень моря на голландском побережье поднялся настолько высоко, что наводнение уничтожило имущество на миллионы долларов и привело к гибели 1835 человек в Нидерландах (а также 307 человек в Англии), правительство быстро создало так называемую «Комиссию Дельты». » Группа вернулась с предложением создать в стране сложную инфраструктуру дамб, дамб, штормовых заграждений и шлюзов, чтобы избежать катастрофических наводнений в будущем.В результате с момента катастрофы 1953 года в Нидерландах никто не погиб в результате наводнения.

Из голландского примера можно извлечь несколько ценных уроков. Во-первых, все стороны готовы игнорировать свои различия, когда дело доходит до вопросов, которые буквально означают жизнь или смерть для их цивилизации. Во-вторых, существует прагматический подход к решению проблем, который является постепенным, когда это необходимо, и радикальным, когда необходимо, с упором на современные знания над любым конкретным философским подходом.И, наконец, конечно, тот факт, что руководящие органы прислушивались к научным экспертам (или, если мы говорим о средневековой эпохе, их эквивалентам). Это не только спасло жизни, но и защитило голландскую цивилизацию и позволило ей стать современной империей, которая, по иронии судьбы, теперь причастна к глобальному капиталистическому порядку, ускоряющему выбросы углерода.

Существует также оспариваемый пример краха цивилизации, который, хотя и оспаривается, имеет много уроков для нашего современного затруднительного положения: остров Пасхи.В своей книге 2005 года «Коллапс: как общества выбирают путь к провалу или успеху» (основанный на работах других ученых, восходящих к 1970-м годам), биолог Джаред Даймонд утверждал, что народ Рапа Нуи на острове Пасхи (который также известен как Рапа) Нуи) увидели крах своей цивилизации, потому что их население стало слишком большим, и они злоупотребляли ограниченными ресурсами острова. В частности, Даймонд отмечает, что они чрезмерно заготавливали древесину, которая использовалась для строительства моаи, или больших статуй предков, которые владельцы использовали, чтобы выставлять напоказ свое богатство и статус.Утрата деревьев якобы привела к эрозии почвы, что затруднило выращивание продуктов питания в обществе, из которого (без древесины) люди не могли уйти. Конечным результатом, утверждает Даймонд, стали каннибализм, войны и резкое сокращение населения.

Если это правда, гипотеза Даймонда имела бы очевидные последствия для глобального потепления: общество занялось вырубкой лесов, что привело к сопутствующему коллапсу окружающей экосистемы, вызвав нехватку продовольствия. Произошло это в закрытой системе, на острове, с которого было трудно эмигрировать.

Однако не все согласны с теорией Даймонда. Обращаясь к Салону по электронной почте, ученые Роберт ДиНаполи, Терри Л. Хант, Карл П. Липо и Тимоти Рит утверждают, что археологические данные не подтверждают гипотезу Даймонда. Скорее они полагают, что данные свидетельствуют о том, что «население, прибывшее на остров примерно в 1200 году нашей эры, выросло до размеров, поддерживаемых ресурсами, доступными на острове, и живет в сообществах, которые извлекают выгоду из строительства памятников». Они утверждают, что эти сообщества были устойчивыми более 500 лет.

«Люди Рапа Нуи смогли адаптироваться к своей местной среде и жить успешно, несмотря на присущие острову ограничения (размер, удаленность, немногочисленные природные ресурсы и т. Д.)», — заявили ученые.

В этом повествовании баланс на Рапа Нуи нарушили, попросту говоря, европейские колонизаторы. Они совершали набеги рабов, которые унесли тысячи людей с острова, принесли с собой болезни и опустошили окружающую среду острова. (В течение 50 лет остров управлялся как овцеводческое хозяйство через иностранную корпорацию.Все эти факторы приносят рапа Нуи ненужные страдания и страдания и уносят бесчисленные жизни. Тем не менее, несмотря на это, народ рапа-нуи выжил, и сегодня более 5000 человек живут на острове, говорят на языке своих предков и практикуют свою родную культуру. Эти моаи , названные Даймондом ненужной тратой ресурсов, возможно, даже помогли, поскольку они сплотили общины.

«То, что люди называют« падением »общества Рапа Нуи, почти наверняка является ключевой частью их успеха», — сказали ученые Салону.

Урок Рапа Нуи не так прост. Однако их тяжелое положение говорит о важности памятников и других культурных артефактов в цивилизациях — краеугольных камней, которые помогают цивилизациям выжить перед лицом внешних угроз, будь то империализм, жадность или изменение климата.


Хотите больше историй о здоровье и науке в своем почтовом ящике? Подпишитесь на еженедельную рассылку Салона «Вульгарный ученый».


см. 19 австралийских экосистем, уже разрушающихся

В 1992 году 1700 ученых предупредили, что люди и мир природы «находятся на пути к столкновению».Семнадцать лет спустя ученые описали планетарные границы, в пределах которых люди и другие живые существа могли иметь «безопасное пространство для работы». Это экологические пороги, такие как количество углекислого газа в атмосфере и изменения в землепользовании.

Пересечение таких границ считалось риском, который вызвал бы настолько глубокие изменения окружающей среды, что они действительно представляют собой экзистенциальную угрозу для человечества.

Эта серьезная реальность — то, чему противостоит наша основная исследовательская работа, опубликованная сегодня.

В наиболее полной оценке состояния окружающей среды в Австралии мы показываем, что основные и знаковые экосистемы разрушаются по всему континенту и в Антарктиде. Эти системы поддерживают жизнь, и свидетельства их гибели показывают, что мы выходим за пределы планет.

Мы обнаружили, что 19 австралийских экосистем соответствовали нашим критериям классификации как «разрушающиеся». Сюда входят засушливые внутренние районы, саванны и мангровые заросли северной Австралии, Большой Барьерный риф, залив Шарк, ламинарии и альпийские ясеневые леса на юге Австралии, тундра на острове Маккуори и моховые заросли в Антарктиде.

Мы определяем коллапс как состояние, при котором экосистемы претерпели существенные отрицательные изменения по сравнению с их первоначальным состоянием — например, потеря видов или среды обитания, сокращение растительности или кораллового покрова — и вряд ли восстановятся.

Большой Барьерный риф неоднократно подвергался массовому обесцвечиванию, в результате чего гибли кораллы. Shutterstock

Хорошие и плохие новости

Экосистемы состоят из живых и неживых компонентов и их взаимодействий.Они работают как сверхсложный двигатель: когда некоторые компоненты снимаются или перестают работать, последствия столкновения могут привести к отказу системы.

Наше исследование основано на данных измерений и наблюдений, а не на моделировании или прогнозах на будущее. Обнадеживает тот факт, что не все исследованные нами экосистемы разрушились во всем своем ареале. Например, у нас все еще есть неповрежденные рифы на Большом Барьерном рифе, особенно в более глубоких водах. А в северной Австралии есть одни из самых нетронутых и наименее измененных участков саванн-лесов на Земле.


Подробнее: Беспокоитесь о будущем Земли? Что ж, перспективы хуже, чем могут понять даже ученые.


Тем не менее, коллапсы случаются, в том числе в регионах, критических для выращивания продовольствия. Сюда входит бассейн Мюррей-Дарлинг, который покрывает около 14% территории Австралии. Его реки и другие пресноводные системы обеспечивают более 30% производства продовольствия в Австралии.

Последствия наводнений, пожаров, волн тепла и штормов одинаково ощущаются как в сельскохозяйственных районах, так и в природных экосистемах.Изображение AAP / Дэн Пелед

Последствия наводнений, пожаров, волн тепла и штормов не останавливаются на воротах фермы; они одинаково ощущаются как в сельскохозяйственных районах, так и в природных экосистемах. Мы не должны забывать, как в городах закончилась питьевая вода во время недавней засухи.


Подробнее: Вырубку необходимо прекратить в крупнейшем водосборном бассейне Мельбурна


Питьевая вода также подвергается риску, когда разрушаются экосистемы в наших водосборах.В Виктории, например, деградация гигантских лесов рябины значительно снижает количество воды, протекающей через водосборный бассейн Томпсона, что угрожает питьевой воде почти пяти миллионов человек в Мельбурне.

Это ужасный звонок будильника , а не просто предупреждение . Попросту говоря, текущие изменения на континенте и их потенциальные последствия представляют собой экзистенциальную угрозу нашему выживанию и другой жизни, с которой мы живем в окружающей среде.

Обожженная сосна карандашная, одна из старейших пород в мире.Эти «живые окаменелости» в Зоне всемирного наследия Тасмании вряд ли восстановятся после пожара. Эйми Блисс, автор предоставил

При исследовании закономерностей разрушения мы обнаружили, что большинство экосистем испытывают множественные одновременные нагрузки как в результате глобального изменения климата, так и в результате региональных антропогенных воздействий (таких как расчистка земель). Давления часто бывают аддитивными и экстремальными.

Возьмем для примера последние 11 лет в Западной Австралии.

Летом 2010 и 2011 годов волна тепла, охватившая более 300 000 квадратных километров, разрушила как морские, так и наземные экосистемы.Сильная жара опустошила леса и редколесья, ламинарии, луга из морских водорослей и коралловые рифы. За этой катастрофой последовали два циклона.

Рекордная морская волна тепла в конце 2019 года нанесла еще один удар. А в апреле этого года прогнозируется еще одна морская волна тепла.

Эти 19 экосистем рушатся: прочтите о каждой

Что с этим делать?

В наш мозговой трест входят 38 экспертов из 21 университета, CSIRO и Федерального министерства сельского хозяйства, воды и окружающей среды.Помимо количественной оценки и сообщения о новых бедах и мраках, мы задались вопросом: что можно сделать?

Мы разработали простую, но управляемую схему под названием 3As:

  • Осведомленность о том, что важно

  • Ожидание того, что будет дальше

  • Действие , чтобы остановить давление или справиться с ударами.

В нашей статье мы определяем позитивные действия, которые помогают защитить или восстановить экосистемы.Многие уже происходят. В некоторых случаях лучше оставить экосистемы восстанавливаться самостоятельно, например, кораллы после циклона.

В других случаях потребуется активное вмешательство человека — например, размещение искусственных гнездовий для черных какаду Карнаби в местах, где старые деревья были вырублены.

Искусственные скворечники для птиц, таких как черный какаду Карнаби, являются важным вмешательством. Shutterstock

Действия, ориентированные на будущее, также очень важны.Это включает в себя восстановление культурных практик сжигания, которые имеют множество ценностей и преимуществ для общин аборигенов и могут помочь свести к минимуму риск и силу лесных пожаров.

Это может также включать пересадку берегов вдоль реки Мюррей видами, более приспособленными к более теплым условиям.

Некоторые действия могут быть небольшими и локализованными, но имеют существенные положительные преимущества.

Например, миллиарды мигрирующих бабочек богонг, основной летний корм для находящихся под угрозой исчезновения горных карликовых опоссумов, в последние годы не прибыли в обычном количестве в австралийские альпийские регионы.Это еще более усугубилось пожарами 2019-2020 годов. Зоопарк Виктории блестяще предвидел это давление и разработал дополнительный корм — Bogong bikkies.


Подробнее: Выглядит как бисквит ANZAC, на вкус как протеиновый батончик: Bogong Bikkies помогают горным карликам-опоссумам после пожара


Другие, более сложные, глобальные или крупномасштабные действия должны быть направлены на устранение коренных причин экологических угроз, таких как рост населения и потребление экологических ресурсов на душу населения.

Мы должны быстро сократить выбросы парниковых газов до нуля, удалить или подавить инвазивные виды, такие как дикие кошки и буйволин, а также остановить повсеместную расчистку земель и другие формы разрушения среды обитания.

Горные карликовые опоссумы были спасены от потенциальной катастрофы после того, как зоопарки Виктории разработали для них альтернативную пищу. AAP Image / Департамент устойчивого развития и окружающей среды / Тим Арч

Наша жизнь зависит от этого

Множественные коллапсы экосистем, которые мы зафиксировали в Австралии, являются предвестником для окружающей среды во всем мире.

Простота 3A — показать, что люди могут делать что-то положительное либо на местном уровне группы по уходу за землей, либо на уровне правительственных департаментов и природоохранных агентств.

Наша жизнь и жизнь наших детей, а также наша экономика, общество и культура зависят от этого.

Мы просто не можем допустить дальнейших задержек.


Подробнее: Австралия, у вас есть незаконченные дела.Пришло время позволить нашим « огненным людям » позаботиться об этой земле


Экзистенциальные нарушения менеджеров как коллапс детских моделей: интерпретативное феноменологическое исследование

  • Баккер А. Б., Демерути Э. и Вербеке В. (2004). Использование модели спроса и ресурсов на работу для прогнозирования выгорания и производительности. Управление человеческими ресурсами, 43 (1), 83–104. https://doi.org/10.1002/hrm.20004

    Статья Google ученый

  • Белаид, С., & Дакуми Хамруни, А. (2016). Как выгорают предприниматели? Повествовательный подход к пониманию выгорания предпринимательства. Международный журнал социальных и экономических исследований, 1 (6), 786–805.

    Google ученый

  • Бетелл, К., Джонс, Дж., Гомбожав, Н., Линкенбах, Дж., И Сеге, Р. (2019). Положительный опыт детства и психическое и социальное здоровье взрослых в выборке по всему штату: ассоциации на разных уровнях неблагоприятного детского опыта. JAMA Pediatrics, 173 (11), e193007. https://doi.org/10.1001/jamapediatrics.2019.3007

    Статья PubMed PubMed Central Google ученый

  • Бинсвангер, Л. (1942). Grundformen und Erkenntnis menschlichen Daseins . Ниханс

  • Болле, Э. (2006). Экзистенциальное управление. Критический взгляд на международный бизнес, 2 (3), 259–268.https://doi.org/10.1108/17422040610682827

    Статья Google ученый

  • Босс, М. (1977). Экзистенциальные основы медицины и психологии . Джейсон Аронсон.

    Google ученый

  • Браун М. Т. (2004). Влияние семьи происхождения на карьерный рост: соображения принадлежности к расе / этнической группе и класса. Психолог-консультант, 32 , 587–595.https://doi.org/10.1177/0011000004266007

    Статья Google ученый

  • Кларк, Э. Дж., Престон, М., Раксин, Дж., И Бенгтсон, В. Л. (1999). Типы конфликтов и трений между старшими родителями и взрослыми детьми. Геронтолог, 39 (3), 261–270. https://doi.org/10.1093/geront/39.3.261

    Статья PubMed Google ученый

  • Кондрау, Г.(1992). Зигмунд Фрейд и Мартин Хайдеггер: Daseinsanalytische Neurosenlehre und Psychotherapie . Hogrefe AG.

  • Купер, Дж. Т., Кидвелл, Р. Э., и Эддлстон, К. А. (2013). Начальник и родитель, сотрудник и ребенок: рабочие-семейные роли и девиантное поведение в семейной фирме. Семейные отношения, 62 (3), 457–471. https://doi.org/10.1111/fare.12012

    Статья Google ученый

  • Кокс, К.Дж. И Коппер К. Л. (1989). Становление британского генерального директора: детство, опыт работы, личность и стиль управления. Академия перспектив управления, 3 (3), 241–245.

    Артикул Google ученый

  • Кресвелл, Дж. У. (1998). Качественное исследование и дизайн исследования: выбор среди пяти традиций . МУДРЕЦ.

  • Кроули, М. С. (2007). Воспоминания о сексуальном насилии в детстве. Journal of Interpersonal Violence, 22 (9), 1095–1113. https://doi.org/10.1177/0886260507302879

    Статья PubMed Google ученый

  • Дейл П. и Аллен Дж. (1998). О воспоминаниях о жестоком обращении в детстве: феноменологическое исследование. Жестокое обращение с детьми и безнадзорность, 22 (8), 799–812. https://doi.org/10.1016/S0145-2134(98)00057-X

    Статья Google ученый

  • Демерути, Э., Баккер, А. Б., Нахрейнер, Ф., и Шауфели, В. Б. (2001). Работа требует — ресурсная модель выгорания. Журнал прикладной психологии, 86 (3), 499–512. https://doi.org/10.1037/0021-9010.86.3.499

    Статья Google ученый

  • Дреннан, Дж., Кеннеди, Дж., И Ренфроу, П. (2005). Влияние детского опыта на развитие предпринимательских намерений. Международный журнал предпринимательства и инноваций, 6 (4), 231–238.https://doi.org/10.5367/000000005775179801

    Статья Google ученый

  • Эддлстон, К. А., Кидвелл, Р. Э. (2012). Отношения между родителями и детьми: посеять семена девиантного поведения в семейной фирме. Теория и практика предпринимательства, 36 (2), 369–386. https://doi.org/10.1111/j.1540-6520.2010.00403.x

    Статья Google ученый

  • Экра, Э.М. Р., Блаака, Г., Корсволд, Т., и Гьенгедал, Э. (2012). Дети во взрослом мире: феноменологическое исследование взрослых и их детского опыта госпитализации с недавно диагностированным диабетом 1 типа. Journal of Child Health Care, 16 (4), 395–405. https://doi.org/10.1177/1367493512446315

    Статья PubMed Google ученый

  • Финк Э. (1965). Mensch und Mitmensch in der Industriegesellschaft .Signatur: 219, Prov .: SF, Umfang: 1 Bü., Laufzeit.

  • Финк Э. (1969). Метафизик унд Тод . W. Kohlhammer Verlag.

  • Финк Э. (1970a) Metaphysik der Erziehung im Weltverständnis von Plato und Aristoteles . Витторио Клостерманн.

  • Финк Э. (1970b). Der Mensch als Projekt . Signatur: 235 или 489, Prov ,: SF, Umfang: 1 Bü., Laufzeit.

  • Финк Э. (1992). Natur, Freiheit, Welt.Philosophie der Erziehung . Königshausen u. Нойман.

  • Финк, Э. (1995). Pädagogische Kategorienlehre . Verlag Königshausen u.

    Google ученый

  • Гадамер, Х. (1990). Истина и метод (2-е издание). Перекресток.

  • Гросманн, С., & Шлиппе, А. В. (2015). Семейный бизнес: благоприятная среда для конфликтов. Журнал управления семейным бизнесом, 5 (2), 294–314.https://doi.org/10.1108/JFBM-11-2014-0038

    Статья Google ученый

  • Гуммессон, Э. (1999). Качественные методы исследований в области управления . МУДРЕЦ.

  • Хайдеггер, М. (1978). Бытие и время . Бэзил Блэквелл.

    Google ученый

  • Херманс, Х. Дж. (1988). Об интеграции номотетических и идиографических методов исследования в изучении личного смысла. Journal of Personality, 56 , 785–812. https://doi.org/10.1111/j.1467-6494.1988.tb00477.x

    Статья Google ученый

  • Хилл, П. Л., Шульц, Л. Х., Джексон, Дж. Дж., И Эндрюс, Дж. А. (2019). Конфликт между родителями и детьми в начальной школе как продольный предиктор осознания цели в формирующейся взрослой жизни. Журнал молодежи и подростков, 48 (1), 145–153. https: // doi.org / 10.1007 / s10964-018-0912-8

    Статья PubMed Google ученый

  • Хьюз, К., Беллис, М. А., Хардкасл, К. А., Сетхи, Д., Бутчарт, А., Миктон, К., Джонс, Л., и Данн, М. П. (2017). Влияние множественных неблагоприятных переживаний в детстве на здоровье: систематический обзор и метаанализ. Lancet Public Health, 2 (8), e356 – e366. https://doi.org/10.1016/S2468-2667(17)30118-4

    Статья PubMed Google ученый

  • Гуссерль, Э.(1964). Идея феноменологии, транс . Книги Кольера.

    Google ученый

  • Гуссерль, Э. (1965). В S. J. Quentin Lauer (Ed.), P геноменология и кризис философии . Харпер и Роу.

  • Гуссерль, Э. (1970) Кризис европейских наук и трансцендентальная феноменология: введение в феноменологическую философию , изд. W. Biemel, пер. D. Издательство Северо-Западного университета.

  • Jedličková, L., Müller, M., Halová, D., Cserge, T. (2021, в печати). Сочетание интерпретативного феноменологического анализа и экзистенциальной герменевтической феноменологии для выявления критических моментов управленческого жизненного опыта: методологическое руководство. Качественные исследования в организациях и управлении .

  • Юнг К., Дайер А., Прибе К., Станжер У. и Стейл Р. (2011). Das Gefühl des Beschmutzt-Seins bei erwachsenen Opfern sexyisierter Gewalt im Kindes- und Jugendalter. Verhaltenstherapie, 21 (4), 247–253. https://doi.org/10.1159/000333389

    Статья Google ученый

  • Келли Дж. И Келли Л. (1998). Экзистенциально-системный подход к управлению организациями . Издательская группа «Гринвуд».

  • Ларкин, М., Уоттс, С., и Клифтон, Э. (2006). Высказывание голоса и осмысление интерпретативного феноменологического анализа. Качественные исследования в психологии, 3 (2), 102–120

  • Локвуд П., & Кунда, З. (1997). Суперзвезды и я: прогнозирование влияния ролевых моделей на себя. Журнал личности и социальной психологии, 73 , 91–103. https://doi.org/10.1037/0022-3514.73.1.91

    Статья Google ученый

  • Мерло-Понти, М. (1962). Феноменология восприятия . Рутледж.

    Google ученый

  • Метцлер, М., Меррик, М. Т., Клевенс, Дж., Портс, К. А., и Форд, Д. С. (2017). Неблагоприятные детские переживания и жизненные возможности: изменение повествования. Обзор услуг для детей и молодежи, 72 , 141–149. https://doi.org/10.1016/j.childyouth.2016.10.021

    Статья Google ученый

  • Мои, А. Л., Гьенгедал, Х., Лыбак, К., и Винденес, Х. (2020). «Я улыбаюсь, но не показываю зубы»: живой опыт расщелины, губы и неба у взрослых. The Cleft Palate-Craniofacial Journal, 57 (7), 799–807. https://doi.org/10.1177/1055665620922096

    Статья PubMed PubMed Central Google ученый

  • Мюллер, М. (2019). Что такое экзистенциальные сбои в управленческой практике? Преодоление сбоев как профилактика выгорания. В T. Talášek, J. Stoklasa, & P. ​​Slavíčková (Eds.), KNOWCON 2019, Знания по экономике и менеджменту: прибыль или цель (стр.181–187). ВУП.

    Google ученый

  • Мюллер, М., и Едличкова, Л. (2020). Несколько заметок об экзистенциальной герменевтической феноменологии для управления проектами и возможностях ее расширения другими экзистенциальными концепциями. Project Management Journal, 51 (4), 452–463. https://doi.org/10.1177/8756972820

    0

    Статья Google ученый

  • Одиорне, Г.С. (1966). Джунгли теории менеджмента и экзистенциальный менеджер. Журнал Академии управления, 9 (2), 109–116. https://doi.org/10.5465/255028

    Статья Google ученый

  • Patočka, J. (1996). Еретические очерки . Издательская компания «Карус».

  • Patočka, J. (1998). Тело, сообщество, язык, мир . Издательская компания «Карус».

  • Паточка, Ю.(2002). Nebezpečí technizace ve vědě u E. Husserla a bytostné jádro techniky jako nebezpečí u M. Heideggera . В J. Patočka (Ed.), Péče o duši III. Sebrané spisy 3. Oikoymenh.

  • Паточка, Ю. (2009a). Přirozený svět a fenomenologie. In Fenomenologické spisy, II: Co je существование: publikované texty z let 1965–1977 . Oikoymenh.

  • Patočka, J. (2009b) Úvod do Husserlovy fenomenologie. В: Fenomenologické spisy. II, Co je существование: publikované texty z let 1965–1977 .Oikoymenh.

  • Пирсон, М., & Стеклер, Э. (2018). Гуманистическая онтология обучения ответственному управлению, Электронный журнал SSRN . https://ssrn.com/abstract=3162851.

  • Цю Х. и Фрил М. (2020). Управление семейными конфликтами в семейном бизнесе: обзор и программа исследований. Family Business Review, 33 (1), 90–113. https://doi.org/10.1177/0894486519893223

    Статья Google ученый

  • Рахмаван, А., Лизар, А. А., & Мангунджая, В. Л. Х. (2015). Роль родительского влияния и самоэффективности в предпринимательских намерениях. Журнал развивающихся областей, 49 (3), 417–430.

    Артикул Google ученый

  • Ребер С. А. (1996). Неявное обучение и неявное знание: эссе о когнитивном бессознательном . Нью-Йорк; Оксфорд: Издательство Оксфордского университета, Кларендон Пресс.

  • Рольфе, Б., Сегал, С., и Чичмил, С. (2016). Экзистенциальный герменевтический философский подход к управлению проектами. Project Management Journal, 47 (3), 48–62. https://doi.org/10.1177/875697281604700305

    Статья Google ученый

  • Рольф Б., Сигал С. и Чичмил С. (2017). Мудрость разговоров: экзистенциальная герменевтическая феноменология (EHP) для менеджеров проектов. Международный журнал управления проектами, 35 (5), 739–748.https://doi.org/10.1016/j.ijproman.2017.03.002

    Статья Google ученый

  • Сартр, Дж.П. (1956). Бытие и ничто . Вашингтон Сквер Пресс.

  • Савицкас, М. Л. (2002). Карьерное строительство. Теория развития профессионального поведения. В Браун, Д. (Ред.). Выбор карьеры и развитие . Джосси-Бас, компания Уилли.

  • Шауфели, В. Б., и Баккер, А.Б. (2010). Определение и измерение рабочего взаимодействия: внесение ясности в концепцию. В A. B. Bakker & P. ​​Leiter (Eds.), Рабочее задание: Справочник по существенной теории и исследованиям (стр. 10–24). Психология Press.

    Google ученый

  • Шлейермахер Ф. (1998). Герменевтика и критика и другие сочинения (A. Bowie, Trans.). ЧАШКА.

  • Сегал, С. (2010). Хайдеггеровский подход к рефлексивности, основанной на практике. Обучение менеджменту, 41 (4), 379–389. https://doi.org/10.1177/1350507609346367

    Статья Google ученый

  • Симоэс, Н., Креспо, Н., и Морейра, С. Б. (2015). Индивидуальные факторы, определяющие выход на рынок самозанятости: что мы на самом деле знаем? Journal of Economic Surveys, 30 (4), 783–806.

    Артикул Google ученый

  • Смит, Дж.А., Харре, Р. и Ван Лангенхов, Л. (1995). Идиография и тематическое исследование. В J. A. Smith, R. Harré, & L. Van Langenhove (Eds), Rethinking Psychology . МУДРЕЦ.

  • Смит, Дж. А., Флауэрс, П., и Ларкин, М. (2009). Интерпретативный феноменологический анализ: теория, метод и исследования . МУДРЕЦ.

  • Ван дер Хорн, Б., и Уитти, С. Дж. (2015). Хайдеггеровская парадигма управления проектами: освобождение от дисциплинарной матрицы и ее декартовой онтологии. Международный журнал управления проектами, 33 (4), 721–734. https://doi.org/10.1016/j.ijproman.2014.09.007

    Статья Google ученый

  • Вандышев В. Н. (2015). Экзистенциальные проблемы управления. Ягеллонский журнал менеджмента, 1 (2), 131–140. https://doi.org/10.4467/2450114XJJM.15.010.4264

    Статья Google ученый

  • Wertz, F.J., et al. (2011). Пять способов качественного анализа . Гилфорд Пресс.

    Google ученый

  • Уистон, С. К., и Келлер, Б. К. (2004). Влияние происхождения семьи на развитие карьеры: обзор и анализ. Психолог-консультант, 32 (4), 493–568. https://doi.org/10.1177/0011000004265660

    Статья Google ученый

  • Ян, Н., Лу Дж. И Йе Дж. (2018). Новая структура, основанная на усовершенствованной модели рабочих требований и ресурсов (JD-R) для понимания влияния характеристик работы на выгорание на работе с точки зрения теории регуляции эмоций. Психиатрия Данубина, 30 (1), 26–34. https://doi.org/10.24869/psyd.2018.26

    Статья PubMed Google ученый

  • Конкурирующие экзистенциальные кризисы нашего времени

    Победа республиканца Гленна Янгкина над демократом Терри Маколлиффом, наряду с успехами Республиканской партии в законодательном собрании штата, предоставит Янгкину, бывшему руководителю прямых инвестиций, уровень законодательной власти, который, по прогнозам некоторых демократов, может ограничить доступ к абортам, права ЛГБТК + и права голоса.Это также может иметь последствия для образования, что является основным направлением Янгкина, который проводил кампанию как за расширение бюджета и повышение заработной платы учителей, так и за ограничение уроков в государственных школах о роли расизма в американской истории.

    Республиканка Уинсом Сирс вошла в историю во вторник вечером, став первой женщиной, избранной вице-губернатором, и первой цветной женщиной, получившей любой пост в штате. Ее решающая власть в сенате штата — где демократы имеют незначительное большинство и в этом году не было мест на выборах — может оказаться решающей для консервативной политики.Во время своей кампании Сирс, как и Янгкин, выступила против абортов и поддержала закон Техаса, который фактически запретил эту процедуру после шести недель беременности.

    Подпишитесь на информационный бюллетень The Fulcrum

    Джейми Локхарт, исполнительный директор организации Planned Parenthood Advocates of Virginia, сказала, что она ожидает, что республиканцы Вирджинии, получившие смелость, примут закон против абортов. Она сказала, что основное внимание будет уделено их блокированию в Сенате. Локхарт подчеркнул, что результаты выборов не должны удерживать людей от обращения за услугами по прерыванию беременности в Вирджинии.

    «Сегодня я думаю о пациентах и ​​о том, что этот сдвиг означает для них, а также означает для поставщиков медицинских услуг, которые заботятся о здоровье», — сказала она The 19th.

    Во время своей победной речи Сирс не обсуждала аборты. Она сказала, что сосредоточится на «делах содружества», в том числе на финансировании колледжей и университетов, которые традиционно были для чернокожих, снижении налогов, повышении безопасности районов и обеспечении «хорошего образования» для детей.

    Предварительные результаты выборов во вторник показывают, что республиканцы, вероятно, перевернут Палату делегатов, палату, которую демократы выиграли всего два года назад.С тех пор они расширили доступ к абортам, сняв ограничения на услуги провайдеров абортов, требования к ультразвуковому обследованию и обязательное консультирование. Законодательный орган, контролируемый демократами, также принял меры защиты от дискриминации для ЛГБТК + и расширил возможности досрочного голосования.

    «На данный момент мы должны просто защищаться, решая эти вопросы», — сказала Даника Роэм, которая была первым трансгендером, избранным и работающим в законодательном собрании штата, и которая во вторник выиграла третий срок.

    В более широком смысле республиканцы радовались своим политическим успехам, выходящим за пределы штата. Их кандидат в гонке на пост губернатора Нью-Джерси вплотную подошел к действующему президенту-демократу, и партия выиграла в судебных гонках штата Пенсильвания в Пенсильвании.

    «Вот что может случиться, когда республиканцы штата проводят гонки с правильными кандидатами, правильными сообщениями и тактикой, основанной на данных», — поделился в социальных сетях республиканский комитет по руководству штата.

    Кристина Полицци, национальный пресс-секретарь Комитета по демократической законодательной кампании, заявила, что партия ожидает «неопределенной политической обстановки» в преддверии вторника.Но она отметила, что действующие демократы в нескольких конкурирующих округах в пригородах Вирджинии также сохранили свои места.

    «Реальность такова, что в этих округах наши представители в законодательных органах держались за свои достижения, а не вопреки им», — сказала она.

    Трифект государственного контроля демократов во время законодательной сессии 2021 года в Вирджинии означал, что они не выдвигали законопроекты, которые появлялись в контролируемых республиканцами законодательных собраниях по всей стране. Этот закон включал рекордное количество ограничений на аборты, предложений против трансгендеров и ограничений голосования.

    Во время кампании Янгкин выразил несогласие с равенством в браке, что встревожило защитников. Янгкин сказал Associated Press, что чувствует себя «призванным любить всех», но на вопрос, поддерживает ли он однополые браки, ответил: «Нет». Янгкин сказал, что поддержит закон, который он назвал «приемлемым с юридической точки зрения».

    Во время телефонной конференции с представителями прессы Демократ Роэм предсказал, что республиканцы подадут «много плохих законопроектов», которые они, возможно, не собираются принимать, но хотят, чтобы демократы проголосовали за то, чтобы создать протокол голосования на будущих выборах.

    Роэм сказала, что она планирует подать серию законопроектов, направленных на устранение недостатков в системе опеки над взрослыми в Вирджинии, и надеется работать с коллегами-республиканцами.

    «Мы, по крайней мере, находимся в том месте, где я думаю, что республиканцы Палаты представителей вместе с губернатором должны будут понять, что они должны работать с сенатом штата, контролируемым демократами», — сказал Роэм. «В таком случае, если они хотят, чтобы материал был принят, а не просто делать заголовки, это означает, что им придется собраться вместе, чтобы сказать: «Хорошо, с какими законами мы можем иметь дело, если они по своей сути не являются пристрастными?»

    Заключительный аргумент Янгкина во многом основывался на роли государственных школ.В дополнение к обещанию увеличить зарплату учителям и бюджет школ, он сказал, что родители должны иметь больше права голоса в учебной программе, а также более широкий доступ к чартерным школам. Большая часть обсуждения учебной программы в Вирджинии, как и в гонках по всей стране, была связана с обвинениями в том, что студентов учат «критической расовой теории», продвинутой академической структуре, и критики широко применяли уроки, которые рассказывают о роли расизма в истории США. Этот аргумент рассматривается как обращенный к белым родителям: активисты появляются на собраниях школьных советов, чтобы доказать, что их детей учат, что их раса делает их плохими.

    «Друзья, мы будем обнимать наших родителей, а не игнорировать их», — сказал Янгкин в своей победной речи. «Мы собираемся продвигаться вперед с учебной программой, которая включает в себя прислушивание к мнению родителей, учебная программа, которая позволяет нашим детям бегут так быстро, как только могут, обучая их мыслить, позволяя их мечтам воплощаться в жизнь. Друзья, мы собираемся восстановить превосходство в наших школах ».

    В то время как Маколифф подчеркнул планы по расширению оплачиваемого отпуска по болезни и минимальной заработной платы в размере 15 долларов, большая часть его внимания была также сосредоточена на попытке связать Янгкина с бывшим президентом Дональдом Трампом, который потерял штат на 10 пунктов в 2020 году.

    Вместо этого предварительный опрос на выходе показывает, что Янгкин, который выразил поддержку бывшему президенту, но не полностью его поддержал, высказал более эффективный месседж.

    Сара Лонгвелл, стратег-республиканец, не поддерживавшая Трампа, сказала, что результаты губернаторской гонки в Вирджинии показали, что «Трамп включен в бюллетень для людей, которых он привлекает, а не в бюллетень для людей, которых он отталкивает».

    «Самое важное, что я наблюдала во всех фокус-группах, — это то, что избиратели Трампа были полны бешеного энтузиазма по поводу того, чтобы проголосовать за любого живого дышащего республиканца», — сказала она.

    «Мне кажется, что разрыв энтузиазма не в том, что демократы не проявили себя, а в том, что республиканцы оказались слишком эффективными в этих сельских округах — есть сдерживаемый энтузиазм по отношению к республиканцам, который почти подавляет».

    Пока демократы изучают, что Вирджиния имеет в виду перед промежуточными выборами, некоторые думают, что поражение МакОлиффа свидетельствует о необходимости разных лиц в политике. А’шанти Голар, президент Emerge, организации по подбору кандидатов для женщин-демократов, сказал во время той же телеконференции с Роем, что некоторые кандидаты от демократов по всей Вирджинии превзошли бывшего губернатора.

    «Вирджиния должна послужить предупреждением для демократов, что, если мы останемся самодовольными и не приложим усилий для выдвижения кандидатов, которые будут говорить о наиболее насущных проблемах, стоящих перед страной, 2022 год будет тяжелым годом для всех уровней власти», — она сказал.

    Политтехнолог Аленсия Джонсон, ветеран президентской кампании сенатора от штата Массачусетс Элизабет Уоррен и программы «Планируемое отцовство», сказала, что «может быть, только может быть, демократы наконец поймут, что управление умеренными белыми мужчинами не является ответом на мобилизацию нашей базы молодых людей и людей. цвета.»

    Джонсон сказала, что, хотя она всегда будет поддерживать демократов, которые выиграют выдвижение своей партии, «Но до тех пор? Пришло время для нового руководства. Тем более, что расистские и сексистские культурные войны Республиканской партии работают на их базу «.

    Джонсон добавил, что демократы устали бороться с наследием Трампа и должны вместо этого сосредоточиться на вдохновении кандидатов или популярной политике, такой как оплачиваемый отпуск по семейным обстоятельствам, который, как заявили сегодня республиканцы Палаты представителей, вернется в план Байдена Build Back Better, хотя его окончательная судьба неясна.Законодательство об избирательных правах также застопорилось из-за республиканской оппозиции.

    «Нам нужно за что бороться, во что верить», — сказала она.

    Об экзистенциальном кризисе, крахе доктрины и преодолении тупиков

    О НОЧИ В КОНЦЕ 2012 ГОДА

    Хотя это может быть странным местом для начала статьи о текущем экзистенциальном кризисе, охватившем анархистскую среду, тем не менее, оно уместно. Вместо того, чтобы начинать с обсуждения падения «Оккупай», растущей нерелевантности анархистов в большинстве недавних антиполицейских действий в Соединенных Штатах и ​​общего коллапса концентраций, которые, казалось, могли подтолкнуть инерцию вперед, мы, скорее, начну эту дискуссию с ночи 2012 года, краха кампании Ромни и последовавшего за этим краха.Почти так же быстро, как 6 ноября стали объявляться результаты выборов, 2012 начали писать статьи о надвигающемся взрыве, которое начало накапливаться в самом сердце Республиканской партии, взрыве, которое привело ко многим из них. динамику, которую мы сейчас наблюдаем в электоральной политике. Спекуляции начались за несколько месяцев до того, как был создан веб-сайт под названием Unskewed Опросы, на котором была предпринята попытка заявить, что политические опросы были искажены в пользу демократов, и который начал «расшатывать» опросы или проводить опросы, которые сильно завышали процентную долю голосов. избиратели, которые были республиканцами по политическим тенденциям.Это привело к построению двух динамик. Первое, что совершенно неудивительно, заключается в том, что Ромни внезапно, казалось, выигрывал выборы, по крайней мере, с точки зрения тех, кто полагался на этот сайт в своих новостях о выборах. Во-вторых, этот подход, предпринятый известным республиканским стратегом Фрэнком Лунцем, начал формировать повествование о выборах для определенной группы возможных избирателей, а именно избирателей, которые получали свои новости из эхо-камеры разговоров. радио, Fox News, собрание веб-сайтов и News Corp. преобладали в газетах.

    То, что начиналось как явно пропагандистский эксперимент в разгар выборов, стало играть роль в построении мировоззрения, которое уже развивалось с 1990-х годов. Это мировоззрение, которого придерживается часть сторонников республиканской партии, воспринимает мир определенным образом, действует в рамках определенной интерпретации событий, которая повторяется между СМИ, и которая содержит четкое всеобъемлющее повествование о событиях в рамках реакционного подхода к миру. События.Само по себе это не было бы достойным освещения в печати, не говоря уже о том, чтобы начать обсуждение возникающего экзистенциального и стратегического кризиса в анархистской среде, но это только часть этой истории. С этого момента, когда Лето слилось с Осенью, произошло то, что эта пропагандистская кампания повлияла на самих пропагандистов и сформировала подход к избирательной стратегии, который по своей сути был отделен от динамики на местах. Когда консервативные новостные агентства начали сообщать об этих результатах опроса как о отражении реальной ситуации на местах, стратеги кампании сами также начали верить информации опросов и начали формировать свою избирательную стратегию на основе этих результатов.Повествование построилось само собой, основанное на десятилетиях жалоб республиканцев на «либеральные СМИ», что на повторяющуюся информацию, распространяемую любым количеством других СМИ, нельзя полагаться, что единственным надежным источником информации была информация, которая они были созданы сами по себе. Это замкнуло доктринальный цикл, построило повествование, построенное исключительно на самовоспроизводящихся риторических допущениях, которому нужно было доверять почти религиозным образом, иначе пришлось бы смириться с неспособностью доктрины дать истинные повествования. .

    За несколько дней до выборов политические комментаторы начали задавать вопросы о стратегии кампании Ромни и о том, почему они сосредоточились на проведении кампаний в штатах, в которых большинство опросов показало, что они сильно отстают. Их единственный ответ заключался в том, что они обладали информацией об опросах, которая рационализировала эту стратегию. По мере того, как день выборов прогрессировал, начала формироваться странная динамика; те, кто участвовал в кампании Ромни, были абсолютно уверены в победе, в то время как вся остальная информация, включая опросы на выходе, рассказывала совсем другую историю.В ту ночь, когда подсчет результатов был почти закончен, у Карла Роува, главного стратега администрации Буша, в прямом эфире Fox News случился провал; ведущие звонили в Огайо за Обаму в тот момент, когда для Ромни было статистически невозможно набрать достаточно голосов, чтобы выиграть штат, и Роув проиграл, заявив, что результаты выборов были неправильными, и чуть не сорвался со съемочной площадки. В ту ночь Ромни приехал в Бостон, даже не написав речи о уступке. За этим последовала серия сообщений о кризисе в ядре республиканского истеблишмента.Они не просто проиграли выборы, они были уверены, что выиграют. Скорее, с этой потерей все источники информации, те же самые источники, которые составили ядро ​​этого мировоззрения, показали, что они предоставили неверную и ложную информацию. Именно в этот момент стратегическая потеря стала основой для более широкого философского коллапса, который угрожал уничтожить весь республиканский истеблишмент и подготовил почву для распада любой формы рациональности в нашей нынешней политической ситуации. , для которого широко характерны битвы в Твиттере и попытки сделать риторические заявления более радикальными и фашистскими, чем следующий кандидат.

    Хотя многие из нас поспешат бросить презрение и обвинения в глупости тем, кого, казалось бы, восприняли это видение и взрыв, вызванный его крахом, из этого примера можно извлечь больше, что упрощенная реакция на контекст этот крах — все более ужасающие фашистские настроения среди сторонников Республиканской партии. Скорее, в этом сценарии скрыта пара динамических факторов, которые требуют более тщательного анализа. Во-первых, эта ситуация демонстрирует не столько сценарий заблуждения, сколько интересную иллюстрацию того, что можно охарактеризовать только как теологическую динамику.В теологической динамике происходит захватывающая инверсия; вместо того, чтобы осмыслить вещи, и когда эта конструкция понятия смысла начинает сливаться в повествование, повествование начинает формировать сами вещи. Другими словами, с отходом контекстуализации событий от позиции теологической метафизики происходящие события начинают приобретать значение, выходящее за рамки контекстуализации событий, и начинают становиться выражением более широкого метафизического контекста.Это в той или иной степени скрыто во всех формах мышления, но в теологическом контексте эта инверсия начинает ограничивать сами действия, динамику, которую мы можем наблюдать в современной американской христианской одержимости указанием на события как на предвестник. о «конце света». В этом сценарии приверженность идее не-миноритарного статуса, которая поддерживает большую часть консервативного нарратива, выражается в конкретных действиях, которые подкрепляют повествование, создавая замкнутый цикл, который разрушается только в рамках количественной метрики, подсчета голосов.Во-вторых, во время распада операционального мировоззрения, которое мотивировало этот коллапс и погружение в междоусобную войну, никогда не задавался фундаментальный вопрос, вопрос о том, заключается ли провал нарратива в самом построении мировоззрения, а не в непосредственных эстетических переменных. конкретных мировоззрений. Другими словами, как только произошел коллапс, уже начался поиск другого мировоззрения, которое могло бы заменить прежний контекст. Именно на этой тенденции к замене, на этой тенденции незаметно настаивать на построении самого мировоззрения, мы сосредоточим здесь наше внимание в первую очередь.Кризис политической формы в этом контексте связан не столько с коллапсом мировоззрения, сколько с конфликтом, который возникает в пространстве, порожденном этим коллапсом, вокруг вопроса о том, в какой форме политическое единство снова пытаются построить. В рамках этого процесса тенденции к восстановлению мировоззрения и пониманию политического посредством предписания установить ясные, последовательные мировоззрения, которые якобы выражают совокупность моментов и основных действий в повествовании о легитимности, процесс движется от краха мировоззрения. , это открытие концептуальных и материальных возможностей в процесс, посредством которого материал полностью оформляется через призму концептуального ландшафта в контексте восстановленного мировоззрения.Хотя это необходимо в рамках любой этатистской концепции мышления, всегда должно быть мировоззрение в контексте, в основе которого лежат повествования о жизни как таковой, это возможность, которой можно избежать вне этого контекста. Но как бы ясна ни была эта линия полета, именно это цепляние за динамику мировоззрения и взрывы, сопровождающие неспособность мировоззрения выразить сам мир, лежит в основе недуга, охватившего в настоящее время анархическая среда.

    Списывать этот феномен на простой результат того, что значительное число людей охвачено пропагандой в средствах массовой информации, означает не только упускать важность этого конкретного момента в истории и то, как он привел к бессвязной разглагольствованию, которая сегодня считается основной политикой. также упускать из виду саму структуру мировоззрения и то, как это мировоззрение влияет на многое из того, что мы называем политикой. В этом примере оперативным моментом был не только момент, когда обман пошёл наперекосяк, но, скорее, момент, когда будущее, обещанное через этот обман, стало невыполненным.Именно в этой концепции неудачного будущего мы можем увидеть фундаментальную структуру самой концепции мировоззрения. В этом примере крах будущего, в данном случае будущего без второго срока Обамы, привел к краху самой структуры политической структуры, на которой было основано это видение будущего. Скорее, чем, например, в военной мысли, стратегическая доктрина рушится, вызывая переосмысление некоторых идей, но фундаментальная структура онтологии государства в действии, этот момент привел к краху всего республиканского этоса.Конечно, этот крах наступал в течение нескольких лет, с тех пор, как вся политика Республиканской партии превратилась в воскрешение трупа Рейгана и мифология, построенная на эту эпоху, но окончательный крах и нынешний кризис власти, который втягивает организацию в целое начало набирать обороты с распадом этой концепции будущего.

    Именно в этом представлении о неудачном будущем мы можем начать заглядывать в контуры мировоззрения и то, как эта структура мышления структурирует большую часть того, что мы теперь понимаем как политика, а также формирует основу текущего кризиса. в анархистской среде.При построении мировоззрения прошлое, настоящее и будущее схлопываются в форму видения без каких-либо контуров, в совершенно плоское понимание времени и пространства, в котором каждый момент существует в континууме между прошлым и будущим и в котором этот континуум определяется. через очертания концептуальных рассуждений. В этом феномене темпоральность времени и пространства перестает иметь значение в своих конкретных чертах, в своих динамических онтологиях и начинает функционировать как ничто иное, как репрезентация, величина репрезентативности, выраженная через объекты и деятельность.Структура ценностей возникает благодаря трансцендентному пониманию, метафизике концептуального мышления, которое начинает функционировать как объяснение прошлых событий, выраженных в настоящем, и как руководство для будущего. Мы ясно видим, как такое понимание разыгрывается в уме кого-то вроде Алекса Джонса, который в течение часа после любой катастрофы объявит, что это ложный флаг, и уже успел снять об этом видео. Мы также можем видеть это в милленаристских христианских организациях, которые постоянно пытаются поставить дату «конца света», чтобы всегда показывать неверную, оставляя их либо пытаться дать какое-то диковинное объяснение, либо оставлять их наедине с собой. очень пореденная группа последователей.Но насколько мы можем видеть это в созвездиях предположений, которые мы считаем абсурдными, эта же структура также лежит в основе примитивизма или тенденции революционного массового движения в целом, которое довольствуется повторением тактики снова и снова. опять же, основываясь на некотором неясном понимании силы «рабочего класса».

    Проблема здесь не может быть просто списана на крах доктрины или проблему неопределенности так называемых «пост-левых», как хотели бы думать многие из наших более традиционных сообщников.Скорее, чтобы понять происходящую здесь динамику, мы должны рассматривать эту проблему как двойной ход и как глубоко временную проблему внутри этого двойного хода. В начальном движении у нас есть некий материальный момент, который вызывает схлопывание концептуальной основы, и внутри этого открывается пространство внутри мысли для конструирования множества возможных форм осмысления. Речь идет не столько о несостоятельности мировоззрения или что-то в этом роде, а больше о противостоянии между особенностями уникального момента в истории.Именно в этом противостоянии, как и во всех противоборствах или любой деятельности, если на то пошло, существует возможность чего-либо. Без этого, если бы мир действительно был определен этим слиянием всей темпоральности, этой вневременной теории, ничего не могло бы произойти, и все было бы повторением некоего трансцендентного смысла. С другой стороны, и именно в этом заключается конфронтация, которая привела к нынешней несогласованности политического дискурса, кажется, всегда есть попытка, почти запрет, попытаться навязать новое значение вещей, попытаться навязать новое концепцию смысла еще раз и структурировать дискурс не вокруг того, как разобраться в сложностях мира, а вокруг того, как представить эти сложности в хороших, аккуратных трансцендентных рамках.Другими словами, это предписание всегда иметь возможность объяснить мир, обосновать действие в некотором смысле уверенности, попытаться воспользоваться возможностью, высвободившейся в результате кризиса мировоззрения, и окостенеть ее, осмыслить ее, сделать вид, что конфронтация никогда не происходило, что это не обязательно всегда уже происходит, и чтобы попытаться сделать священническое заявление, что мы действительно можем понимать вещи, даже если мы каким-то образом ошибались раньше. Этот конфликт не обязательно связан с распадом мировоззрения, хотя на наших орбитах определенно есть много людей, которые крепко держатся за умирающие идеи, но, скорее, в терминах, в рамках которых эта возможность будет определена еще раз, будет устранена в течение некоторого времени. конкретная концептуальная основа.

    Эта тенденция атакует нас со всех сторон, тенденция к абсолютизму, которая в значительной степени затушевывается риторикой, которую эта теологическая тенденция пытается проявить, тем более что теологическая позиция становится все более и более невыполнимой. В качестве простого примера мы находим эту тенденцию к определенности, лежащую в основе современного атеизма, особенно в рамках школы мышления Докинза / Харриса. В рамках этого мышления человек воспринимает отказ от Бога как начало появления других концептуальных возможностей, а именно той, которую определил тонкий король науки.Но как только это пространство объявлено, в нем снова доминирует грубая форма рационализма, определяемая концепцией Докинза об эгоистичной рациональной генетике и опорой Харриса на некую концепцию абсолютного разума, которая освободит нас от оков религии. На этом втором шаге они создают семена наиболее тревожных форм фашизма, определяемых рациональностью «мыслителей» или биологизмом ученых. В нашем исключительно политическом, понимаемом в первоначальном смысле этого слова смысле, мы подвергаемся атакам со всех сторон, пытаясь занять пространство, порожденное провалом повстанческого проекта в Северной Америке.В одном случае мы находим рост новой школы пацифизма, которая, введенная в заблуждение иллюзиями революции на площади Тахрир (которую они каким-то образом в своей ревизионистской истории изображают в контексте пацифизма), пытается выдвинуть некоторые прото-стратегические аргументы в отношении необходимость ненасилия. За пределами Гелдерлооса, демонстрирующего множество способов, которыми этот менталитет не только гарантирует отступление к символизму и выживание государства, вплоть до того, что государство поощряет его, когда это отвечает его собственным интересам, проблема лежит гораздо глубже, чем это. .Если мы понимаем конфликт как некий непосредственный момент, как конфликт внутри траекторий деятельности, и мы понимаем, что данный момент вообще актуален, тогда мы не можем думать о моменте как о чем-то, что может быть определено, обсуждено или ограничено в развертывании. некоторой концепции универсальной вневременной морали; они пытаются навязать моральный абсолютизм, а затем через него задним числом определить все моменты. При этом сторонники пацифизма не только навязывают активизм, символическое обязательство на символической территории, оформленное в рамках морального императива действовать, как единственно возможный вариант, они начинают приближаться к самой динамике полицейской деятельности, примером которой являются самые коварные авторитарные режимы, изображая некоторый образ сопротивления как предела и сотрудничества с государством всякий раз, когда это видение нарушается.Но как бы ужасны ни были пацифисты и были всегда, мы находим аналогичную динамику в росте тенденции либо к продолжению повстанческого проекта, либо в ретроактивной попытке оправдать концепцию необходимости участия, поскольку а также рост городского партизана. Даже если мы не можем сказать, и никто из тех, кто участвует в этом проекте, никогда не будет утверждать, что эта тенденция сотрудничает, как пацифисты, здесь задействована аналогичная моральная логика, но она разворачивается в совершенно другом направлении.Вопрос здесь не вращается вокруг средств, здесь явно есть расхождения, а скорее эти тенденции сходятся вокруг почти морального предписания действовать в любой момент с некоторой концепцией надежды, лежащей на горизонте этой деятельности. Это часто сводит рискованные действия, предпринимаемые теми, кто во многом очень близок к этому проекту, к символическому удару по материальным символам врага, фасадам зданий или телам чиновников, а затем к попытке построить какие-то стратегические видение вне этой деятельности.Итак, вопрос здесь не в том, выбираем ли мы тотальную конфронтацию или абсолютный пацифизм, что является просто вопросом о том, какие моральные рамки, а, скорее, в том, как мы оказались в ситуации, в которой кажется, что единственным вариантом является навязывание каких-то новых стратегическое видение.

    РЕВОЛЮЦИОННЫЙ МИЛЛЕНАРИЗМ

    Корни этой почти патологической попытки уловить смысл, некоего значения, которое может обосновать действие, выходящее за рамки того ощущения, что человек спекулятивно осмыслил мир, не обязательно лежат в самой современной революционной тенденции, но, скорее, восходит к возникновению Протестантизм и появление печатного станка.Сейчас у нас явно нет времени подходить к этому предмету с той тщательностью и подробностями, которых он заслуживает, и, вероятно, сделаем это в следующих статьях. Единственная цель здесь — нарисовать картину, умозрительную основу, широкими мазками. Поскольку, как утверждает Штирнер, именно в протестантской Реформации, динамике, которая не могла бы быть развязана без способности распространять информацию через печатное слово, мы находим начало динамики, которая в конечном итоге привела нас к концепции революции в эпоха модернизма.В начале протестантской Реформации был сделан важный шаг, который привел к появлению любого количества концепций тысячелетнего конфликта. В этом движении индивид стал агентом, который мог действовать, но мог действовать только очень специфическим образом; это могло действовать, только если руководствовалось божественным провидением. В католическом контексте личность и политическая структура заключены в понятие произвольного действия, мы все несовершенны. Для некоторых, аристократического сословия, этот произвол был божественно санкционирован Церковью и ее функционерами, священниками, которые единственно имели доступ к Истине в форме учения Ватикана.С приходом протестантизма человек теоретически стал способен вступать в прямой контакт с божественным, делая его моральным агентом, но только в той степени, в которой его действия были моральными. У этой идеи есть множество результатов, но одним из них была концепция попытки соединить концепцию действия с концепцией морали, с некоторым мировоззрением действия, что сделало бы действие легитимным.

    Как Шмитт обсуждает в «Концепция политического », эта структура концептуализации действия породила не только основу революции в модернистский период, но и очень странную концептуализацию политики как отношения силы, основанного на принципах абсолютизма.Для Шмитта в либерализме мы видим саму странную конструкцию формации, которая связана не только с абсолютизмом модернистских революционеров, но также с террором и красным террором. В рамках феодальной концепции суверенитета действия суверена понимались как произвольные, и, как позже уточняет Фуко, были основаны на концепции действий суверена против подданного, основанной на поддержании динамики власти между сувереном и подданным. тема. С крахом монархизма, динамики, напрямую связанной с протестантской концепцией моральной активности личности, концепция действия приобрела совсем другой оттенок.Вместо того чтобы быть произвольным, но санкционированным действием, оно стало оформляться в рамках определенной формы морализма, типичным примером которой является более упрощенное толкование кантианства. Действие перестало быть прерогативой тех, кто действительно не может понять истину, но стало оформляться как действие моральных индивидов или действие, которое существовало как более или менее выражение некоторой абсолютной морали, некоторой концепции теории, трансцендентального. В этих рамках государство стало не только чем-то, что по своей сути было заключено в концепцию универсальности, что привело не только к казни тех, кто нарушил «истину», но и к появлению повсеместной концепции полицейской деятельности, которую мы в настоящее время оказываемся втянутыми внутрь себя, но революция была заключена в рамках той же идеи, как форма спасения, форма ухода из ложного мира в мир, основанный на повествовании об универсальной истине, что одновременно и служит основанием для аргумента в пользу законности действия. а также умозрительные концепции будущего, которые затем концептуально связаны с понятиями конфликта и борьбы.

    Мы ясно видим ту же тенденцию, когда пытаемся читать мыслителей, подобных Кропоткину или даже Эмме Гольдман, в ее худшие моменты, и определенно в мышлении платформистов, и еще более отчетливо в Ленине. Во всех этих работах, в отличие от таких мыслителей, как Новаторре или Бакунин, мы находим отступление к форме натурализма, этики, которая выводится из концепции естественного, что, как мы можем видеть в экспериментах от раннего до Середина 201х века всегда разыгрывается в наихудших формах фашизма, где государство умеет определять естественное.В этих мыслителях мы находим противоречие самого странного типа: с одной стороны, ситуация, которую они предлагают, является естественной, и если мы упустим из виду высокомерие претензий на понимание истины в самой себе (понять все возможные вещи всеми возможными способами) , а с другой стороны, они предполагают, что мы каким-то образом пришли к существованию вне этого естественного, естественного состояния. Проблема здесь не только в философской проблеме; если что-то истинно, то это не может иметь никакого контрпримера, это не может быть ложным даже на единичный возможный момент, а скорее в этой попытке развязать ад, только чтобы определить небо как Землю.Проблема здесь не столько в несостоятельности концепций: если мы должны понимать концепции, как попытки вывести категориальные общие черты вокруг определенных вещей в определенные моменты, тогда концепции всегда будут терпеть неудачу, но в попытке взять эту неудачу, провести революцию, физическое проявление коллапса мировоззрения в бытие только для того, чтобы снова определить эту возможность в рамках других универсальных рамок.

    Именно в этом мировоззрении, в том самом мировоззрении, которое руководило всей модернистской революционной тенденцией, мы находим сердцевину определенного милленаризма.Другими словами, это видение мотивируется не столько концепцией несостоятельности прежних идей, сколько концепцией, согласно которой, если мы действуем в свете некоторой действительной истины, если мы действуем только в рамках абсолютизма, мы проявим какой-то рай на Земле. Ясно, что нам не нужно объяснять, как это воспроизводит христианское видение, особенно в его современном проявлении американского фундаментализма, в котором практикующие надеются, что, если они предпримут правильные действия (что подразумевает не только своего рода религиозный фашизм, но и попытка вызвать крах окружающей среды или продолжить оккупацию Палестины), тогда наступит конец материального мира, временного исторического мира, и трансцендентное царство восторжествует.Для антитеистов среди нас, тех, что остались, это видение должно показаться явно проблематичным, но проблема даже не в том, что оно нарушает некую концепцию антитеизма. Скорее проблема заключается в том, как эта концепция универсальности, «истины»: формирует ядро ​​концепции антагонистического действия или антагонистической позиции сама по себе.

    Проблема еще больше усугубляется, когда мы начинаем приближаться к линиям выхода из этой загадки в форме постструктурализма.Хотя у нас есть наши Фуко и Делузы, которые пытались найти выход из этой проблемы, обосновать действия против государства не в попытке восстановить абсолютизм, а в спекулятивном концептуальном анализе оперативной динамики самого государства и сформировать ядро действительно актуальной операционной мысли, мы видели, что эта традиция была скомпрометирована не только из-за повторного присвоения Фуко такими областями, как «теория управления» и финансы, но также и из-за затмения этих мыслителей скрытым влиянием мыслителя, такого как Лиотар, Бадью или Жижек.У Лиотара, и это продолжается у Деррида, нам остается только критика, идея, доведенная до абсолютной абсурдности с предложением Саймона Кричли о том, что если мы только засыпаем государство требованиями, оно рухнет. Эти мыслители считают теоретическую невозможность абсолютной истины концептуальной проблемой, комбинируют ее с чисто концептуальным представлением о государстве и по умолчанию принимают понятие концептуального коллапса государства без какого-либо четкого обсуждения материальной функциональной способности государственной функциональности.Жижек, с другой стороны, полностью игнорирует важность критики со стороны постструктуралистов и пытается заново навязать концепцию общего революционного видения, примером которой является ленинское государство, но в форме, оторванной от его концепции истины, которая становится беспочвенным и ничем иным, как случайным предпочтением или каким-то странным муссолинистским утверждением. Бадью, с другой стороны, пытается делегитимизировать любую форму конфликта, которая не соответствует его явно маоистской версии революции, которая тайно скрыта в какой-то красивой риторике, как незаконная, скрывающая своего рода предположение о понятии партии. и переосмысление некоего мировоззрения, которое не сформулировано в его более ясных произведениях.

    Постструктуралисты подвели нас. У них тоже была интересная идея, что мы можем превзойти модернизм и абсолютистскую тенденцию обосновывать действия в какой-то форме абсолютной легитимностью, и упустили открывшуюся возможность. Ясно, что эта неудача унаследована от Тиккуна и Невидимого комитета, по крайней мере, в их более ранних работах.

    В этих произведениях мы находим отступление к концепциям, которые составляют основу идеалистического революционного видения. В этих писаниях мы находим концептуальные фигуры, то есть ли это концепция сообщества или концепция определенной революционной формы жизни, которая пытается остаться без определения, как своего рода вид неопределенности, но в то же время навязывает очень отличная форма концептуальности.Это создало не только определенную риторическую форму выражения, но и выстроило своего рода стратегическое видение, вдохновленное деятельностью в Тарнаке, которое, хотя и более вдохновляюще, чем большинство других, и оформлено в рамках интересного в других отношениях анализа, но сдерживается определенным видом почти религиозность, которую выражают приверженцы, форма жизни, если хотите. Даже здесь, и в его более свободных повстанческих выражениях, мы все еще находим попытку провести некую золотую середину между отказом от идей как способов осмысления мира, как полных выражений специфики динамики и попыткой осмыслить мир. держитесь за идеи как за средство, которое избавит нас от мучений нынешней ситуации.Но поскольку эти видения не зашли достаточно далеко, поскольку они не смогли в достаточной степени отказаться от модернизма, они действительно начинают указывать в направлении, которое все более формируется, но, конечно же, без осложнений и трудностей.

    ПЕССИМИЗМ И АБОРТНОЕ БУДУЩЕЕ

    После краха Occupy произошел разрыв, чего-то не хватало, и это не может быть сведено к отсутствию надежды. Многие из нас наблюдали, как демонстрации на Ближнем Востоке и в Северной Африке трансформировались в вооруженные революции, цепляясь за какую-то фракцию, чтобы почувствовать родство, и в конечном итоге многие из них усвоили механический позиционизм вокруг поддержки YPG.Внутри страны мы наблюдали взлет и падение Occupy, а вместе с ним и влияние, которое имели многие из нас. И, как и в прошлые времена, когда кайф утихает, и многие остаются с записями об арестах, травмами, травмами и чувством утраты, внутренняя динамика многих групп анархистов впала в наихудший вид борьбы, динамика, которая часто мало что делает, но усиливает чувство предательства, которое многие из нас испытывают по отношению к другим с аналогичной политической идентификацией. В этом пространстве многие из нас стали очень ясно осознавать многие вещи, в частности, глупость и отсутствие расчетов, которые привели нас к повторению процессов построения движения, сначала почти из чувства традиции, а затем из чувства стратегического обоснования.Из этого пепла выросло не только разрушение многих «сцен», которые поддерживали активность в течение многих лет, но и новая тенденция, основанная на пессимистическом пессимизме, который, если быть честным без самих себя, более чем немного оправдано, по крайней мере, на эмоциональном уровне.

    То, что произошло в этом процессе, было не только крахом отношений, предательством друзей, циничными попытками политического позиционирования и использованием внутренней динамики для нанесения ущерба тем, кого мы чувствовали обиженными, но, более того, происходило то, что произошло в будущем или в будущем. как минимум видение будущего рухнуло.На мгновение показалось, что все разваливается. Режимы падали, люди выходили на улицы, конфликты происходили с нарастающей регулярностью в городах по всей стране; мы чувствовали себя сильными. А потом оно рухнуло. С этим коллапсом исчезло не только «движение»; независимо от того, что это было или было, но вся идея о том, что есть будущее, за которое можно сражаться, и более или менее безопасное пространство, из которого можно вести эту борьбу. То, что умирает, нельзя просто списать на смерть мифологии, даже если эта мифология славных революционеров, возглавляющих массовое движение, была той, которой многие из нас давно желали смерти.Скорее, умерло мировоззрение, структура, которая считала прошлое предвестником настоящего и считала настоящее ведущим к некоему ясному, «лучшему» будущему. Это тоже нельзя списать на безумие наивного юношеского идеализма, хотя недостатка в этом нет. Скорее, весь анархистский этос, понимаемый в его традиционном смысле, претерпел еще одну смерть. Конфликты в значительной степени возникли из-за попытки возобновить его возникновение в другой форме. Но в рамках этого процесса, с которым многие из нас стали близко знакомы на протяжении многих лет, выросла другая тенденция, основанная на пессимизме.Эта тенденция приобрела некоторые интересные характеристики и объединила воедино некоторые траектории мысли, которые отклоняются в самых разных направлениях, но которые закрепились в более или менее пассивной позиции по отношению к будущему.

    Эта первоначальная тенденция была открыта серией текстов, но кульминацией стала Letters Journal. Сама структура журнала была основана на концептуальной критике анархистской онтологии, фундаментальных концептуальных основах «анархистского проекта» и опоре на массовые движения в эпоху усиления слежки, унизительной способности бороться и растущего осознания того, что действия то, что многие из нас хвалили как находящихся на пике революционной активности, сами по себе были относительно незначительными по сравнению с препятствиями, с которыми мы столкнулись, и явной силой врага.Это часто завершалось тезисом о том, что лучшее, что мы можем сделать в данный момент, и потенциально наиболее эффективный курс действий — это уйти и сохранить позицию «прореволюционера». Эта концепция «прореволюционеров» функционирует как попытка предотвратить крах всей революционной идеи и врыв в печальную, жалкую политику приемлемости прошлых поколений, при этом признавая, что время действовать может не быть текущим. момент. Главный аргумент здесь сосредоточен вокруг тезиса о том, что конец надежды — это центральный пункт, который должен воссоздать основу самой возможности концепции революции, и что это отсутствие надежды возникло из-за непредвиденных обстоятельств, которые находятся вне нашего контроля; своего рода пассивное разочарование, основанное на внешних обстоятельствах.Хотя Письма вызвали ряд очень резких реакций, они не только основаны на тезисе, который выдвигали многие из нас, но также являются предвестником вещей, которые появятся всего несколько лет спустя.

    Эта попытка сформулировать концепцию неудачного будущего и процесс, посредством которого это может быть реализовано, также проявляется в несколько иной форме в Desert . В этом тексте основа, на основе которой отвергается возможность традиционного революционного будущего, заключается не столько в невозможности революции произойти, сколько в том факте, что чего-то, что можно назвать революцией в традиционном смысле, не произошло.

    В этом случае мета-условия конфликта стали безнадежными сами по себе, не из-за какой-то формы унизительной способности мобилизовать силу, а, скорее, из-за неспособности обратить вспять последствия неудачи, в данном случае последствия сосредоточены на экологических проблемах. деградация. Вместо того, чтобы прийти к выводу в «Письмах», что мы можем оставаться «прореволюционными», не участвуя вовсе, Дезерт аргументирует, что в этих условиях пространства для деятельности становятся возможными в тех же условиях, которые делают концепцию революции невозможной и не имеющий отношения.В рамках разрушения экологической несущей способности планеты процесс, который, как утверждает анонимный автор, является необратимым, условия для устойчивости государства ухудшаются одновременно с концепцией революции, построенной вокруг концепции «лучшего будущего». », Также становится невозможным. В этом пространстве возможности возникают на границе, а не для какой-то унитарной политической силы или видения, которое всегда было в лучшем случае фикцией, для возникновения множества процессов в ответ на коллапс экологических условий.В этих рамках, опять же, невозможность будущего является не столько результатом неудачи, сколько результатом пассивного состояния, которое делает концепцию революционного видения невозможной в рамках текущего сценария, но возможности могут возникнуть в динамике событий. сами по себе.

    В этом тезисе мы видим многие из тех же характеристик, которые мы видели в предыдущем примере и которые мы часто наблюдали в христианских группах, которые терпят неудачу в своих предсказаниях конца света; будущее, которое, как мы думали, должно было произойти, не проявилось, и в результате все наши подходы к самой темпоральности должны измениться и быть сосредоточены вокруг новой концепции метафизики.В рамках «Письма» и аналогичных работ в центре внимания находится провал базовых концепций традиционного революционного проекта, который становится очевидным в текущих условиях. В Desert подход отличается, начиная с тезиса о том, что даже если бы революционный проект гипотетически был основан на твердой почве, он теряет актуальность в контексте необратимо деградирующей экосистемы. Эти тезисы объединяет не сама форма аргументации, а фундаментальный двойной ход.С одной стороны, есть аргумент, что традиционный революционный проект был основан на почти вымышленном мировоззрении, которое предполагало прочтение прошлых событий, связывало их с некоторой интерпретацией настоящего момента, а затем приводило к неудачному будущему из-за недостатки самих концептуальных основ вкупе с внешними условиями. С другой стороны, оба делают второй шаг, который пытается исправить этот пробел в мировоззрении с помощью постулирования другого мировоззрения, хотя и основанного на несостоятельности первого.Оба аргумента предполагают другое будущее, но странным образом. Вместо окончательных заявлений о будущих событиях, которые заполняют почти весь корпус революционной теории, является открытое пространство, а затем постулирование устойчивости этого открытого пространства, отсутствия надежды на будущее с заявлением о приближении. к этому недостатку. В нем декларируется открытость будущего через смерть прежнего мировоззрения, а затем заменяется декларацией постоянства этого состояния.В этой замене реконструируется сама структура концепции мировоззрения посредством прочтения прошлого, интерпретации настоящего момента и декларации будущего, которое следует из этих моментов, что мотивирует концептуальную практику фактической деятельности.

    В концепции несостоявшегося будущего открывается кризис мировоззрения, разрыв, который открывается при самой попытке соединить темпоральность в единое повествование. В рамках этого концептуального коллапса концепции прошлого, настоящего и будущего могут стать открытыми возможностями.Конфликты внутри так называемых политических группировок возникают не в момент коллапса мировоззрения, хотя определенно немало тех, кто пытается придерживаться прежнего способа осмысления вещей; и мы видели многое из этого с упорством платформизма. Скорее, первичный конфликт возникает из-за пространства, созданного открытым конфликтом. В приведенных выше текстах Letters подверглись более явной атаке, причем некоторые зашли так далеко, что выпустили видео с угрозами на Youtube, нацеленных на журнал.Этот отказ, который можно четко рассматривать как реакцию против проекта в контексте того момента, когда многие анархисты в США почувствовали, что они набирают силу, в меньшей степени является отказом от аргументов в самом журнале, которые часто были очень хороши. созданный, и более того отказ от концепции настоящего и будущего, которые были предложены. Хотя этот отказ часто основывался на неправильном прочтении или непрочитании, а не на тщательном анализе, конфликт возник не из-за аргумента о том, что анархическое мировоззрение было основано на концепциях, которые не были реализованы каким-либо значимым образом, а больше на основе в предложенной концепции разъединения.Этот отказ возможен только на чисто концептуальном уровне в той степени, в которой в пессимистическом заключении постулируется будущее. Другими словами, конфликт не возникает из-за критики «анархистского проекта»; но возникает из попытки сделать вывод, закрыть брешь, образовавшуюся в результате схлопывания или кризиса мировоззрения, и навязать в этом пространстве другое мировоззрение, одно из постоянных невозможных согласованных революционных действий.

    АБОРТНОЕ БУДУЩЕЕ И ИМПАСЫ

    То, что мы видели как в постструктурализме, так и в пессимистическом повороте, — это попытки компенсировать коллапс мировоззрения, пытаясь сохранить позицию вне тенденции конструировать мировоззрение или понять целостность существования через концепцию смысла.

    Когда мы говорим здесь о значении, мы говорим о нем в кьеркегоровском смысле. Смысл в этом смысле — это придание необходимого универсального значения данному моменту, а затем попытка постулировать некоторую материальную имманентность этого значения, заявить, что это значение необходимо в самом моменте, а не просто существует как некоторая попытка осмыслить момент, не имея возможности воплотить или охватить сам момент. Другими словами, в рамках этой попытки выйти за рамки построения мировоззрения мы обнаруживаем, что происходят два конкретных шага, что-то очень похожее на шаги, которые происходят внутри Шмитта, но которые расходятся с выводом Шмитта в совершенно ином направлении.С одной стороны, в рамках пессимистического взгляда мы обнаруживаем, что само понятие действия отрывается от понятия некоторого причинного будущего, что мы можем действовать, чтобы сформировать будущее определенным образом, вызывая крах предположения о данных подарках. и необходимые фьючерсы. В этом отказе от концепции необходимого будущего, отходящего от данного настоящего, мы приходим к тому, чтобы отделить понятие настоящего от определенности, отделить его от будущего и разрушить структуру мысли, которая сформировала основы модернизма, что мы можем каким-то образом предсказывать или определять будущее посредством какого-то добродетельного действия в настоящем.Помимо простого взрыва концепции обещанного возвышенного будущего, это формирование окончательно отделяет настоящее от будущего.

    С другой стороны, постструктуралисты признают невозможность управлять чувством вещей абсолютными способами, способами, которые понимаются людьми одинаково, истинно, вне истории и устойчиво. С помощью этих ходов мы сталкиваемся с другой возможностью, которая основана на отклонении от позиции, а не на попытке закрыть возможности, открывшиеся в результате сжатия мировоззрения, но способна зайти в тупик в качестве отправной точки. .

    Теперь ясно, что и в постструктуралистских, и в пессимистических движениях есть явные неудачи. Постструктурализм обрушивается на своего рода бездействие, в котором мы предполагаем, что нашей концептуальной критики достаточно, в то время как пессимистический вывод сводится к самым расплывчатым попыткам все же постулировать будущее, просто будущее, которое происходит независимо от действий, которые мы предпринимаем в настоящее. Но чтобы понять эти неудачи, мы должны понять корни этих неудач, корни, которые лежат в той же самой динамике, которая в первую очередь структурирует критику, — в опоре на связь между некой концептуальной структурой и концепцией действия.В пессимистическом повороте действие становится либо невозможным, либо просто символическим и желательным не потому, что мы фактически отделены от проецирования будущего в концептуализации действия, мы всегда проецируем какое-то будущее в действии, даже самыми простыми способами. Скорее, способность действовать упраздняется до такой степени, что мы не можем связать это действие с достижением будущего. Это скорее жалоба, чем признание, жалоба на способность связать концептуализацию прошлого и настоящего с концепцией будущего, а затем использовать эту концептуальную вселенную, чтобы сформировать целостность действия, чтобы описать концептуальную вселенную в действии. , или сделать действие символическим выражением некой концептуальной основы.В рамках постструктуралистской среды неспособность действовать, для многих мыслителей, или действовать только концептуально, проистекает из скрытой опоры на некую концептуальную основу для действия, некоторое чувство оправдания; опора на этичность действий. Эта опора на этичность существует вместе с дискурсом, который делает ту же этичность, эту же попытку обосновать действие кантианской ноуменой невозможной сама по себе.

    Именно в рамках этой динамики мы постоянно приходим к бесконечному повторению, попытке компенсировать необходимую неспособность теории охватить момент во всей его полноте, охватить материально частное внутри трансцендентально концептуального, неспецифического, общего.От дебатов «красных против зеленых», которые происходили в начале 2000-х годов, до нынешних дискуссий о том, где же отойти от неудач Occupy и почти полного краха анархистской среды в Северной Америке в динамику отчаянных разовых действий, «в «борьба» и язвительные комментарии к Anarchist News, мы наблюдали, как этот процесс разыгрывается снова и снова; и в анархической истории нет недостатка в примерах этого. Важно распознать корни этой динамики, борьба не из-за крушения мировоззрения, а из-за попытки определить условия его переопределения, определить доктринальное направление.Вне предположения о некоем мифологическом единстве, которое формирует концепцию анархистского «движения» само по себе, эта тенденция, это бесконечное повторение является результатом попытки обосновать действие некоего универсального повествования. Именно в рамках этой попытки мы возвращаемся к наихудшим формам активизма. В рамках этой динамики мир становится не чем иным, как символическим пространством, которое является продуктом концепций, а сами моменты взаимодействия являются не чем иным, как иллюстрациями этой концептуальной согласованности.При этом мы удаляемся в ноуменальное пространство, в котором все сводится к символическому, и затем оплакиваем неспособность действия воздействовать на материальные условия. Этот эндемический симптом не является признаком нерешительности данного момента или чего-то в этом роде, а является результатом неспособности распознать специфику самого момента, неспособности знать все возможные вещи обо всех возможных моментах, невозможности на самом деле сделать чувство чего-либо определенным образом или поиск универсального основания для действия в рамках концептуального обоснования.

    Другими словами, выход из этого бесконечного цикла — это не вопрос определения какой-то новой «стратегии» или концептуального повествования, которое будет существовать под концептуальным термином «стратегия», а скорее процесс отказа от концепции ответа, повествования, учение вообще, и начать с другого места. Можно разделить концептуальные операции, которые создают концептуальное различие между тем, что мы идентифицируем как врага, и теми, кого мы идентифицируем как друзей, или идентифицировать концепции, к которым у нас есть некоторая спекулятивная близость, не пытаясь утверждать, что это выражает совокупность все возможные вещи — это все, что не является условным и спекулятивным, или что эта временная и умозрительная структура должна диктовать условия и действия, которые предпринимаются и осуществляются на протяжении всей попытки уничтожить врага.Вместо того, чтобы пытаться узаконить действие в определенных нарративах, мы должны отойти от невозможности этого, от критики способов, которыми это сводит действие к символическому, к активизму, и начать концептуализировать способ разбавить немыслимое, сделать чувство действия способами, которые воспринимают понятие смысла как утилитарное, как более или менее эффективное, приводящее к какому-то результату, который мы понимаем как концептуально важный в некотором умозрительном отношении. При этом мы приходим к уважению к необходимому разделению, бесконечному расстоянию между концептуальным и материальным, и действуем в рамках ограничений концептуальности, сохраняя пространство для изменения этой концептуальности, как это необходимо, не разрушая оснований для деятельности. , который всегда основан на предварительных предположениях или ведет к какой-то катастрофической борьбе из-за попытки навязать мировоззрение как своего рода вымышленное политическое видение.Другими словами, вопрос, который здесь поднимается, — это не вопрос понятий, которые всегда обязательно функционируют как механизмы попытки осмыслить вещи, а вопрос прообраза и тенденции к прообразу как процессу легитимации действия и попытки. обрабатывать стратегические вопросы от предполагаемой отправной точки прообразных миров. Избежать этого процесса предписания заново навязать концептуальное мировоззрение, заявить о слиянии концептуального и материального, а затем структурировать нашу отправную точку для деятельности из этого символического пространства, где мир заменяется предполагаемой легитимностью концепции, — это не вопрос о новой структуре вне этой традиции, а, скорее, вопрос о том, что происходит, если нет структуры, которая может быть определенным образом установлена, если мы всегда действуем с точки зрения спекуляции и ничего, кроме предположений.

    Повсюду вокруг нас многие из тех, кто отождествляет себя с радикальной средой, ищут ответы, некоторые заходят так далеко, что отказываются от конфликтов и принимают самые абсурдные формы эйджизма. Другие вообще отказались от любой концепции будущего, спокойно утверждая, что если будущее, которое они видят, не может осуществиться, то конфликт бесполезен. Обе попытки основаны не на процессе коллапса мировоззрения, а на неспособности принять возможность и динамизм, который позволяет этот коллапс, конечно, ценой псевдорелигиозного модернистского нарратива морализма и определенности.По мере развития этого проекта нас спрашивали, какова правильная позиция по отношению к действию, и нас критиковали за то, что мы не даем ответа на этот вопрос. Вопрос предполагает наличие целой вселенной концепций в самой его формулировке, но просто предполагает, что ответ даже возможен; что существует некоторая концептуальная форма основного смысла, которая может охватывать сложные случайности конкретных и динамических моментов. Это явно приводит к проблеме не из-за неспособности предоставить что-то, что подходит для ответа, а из-за предположения, что роль письменного текста или публичной группы заключается в том, чтобы либо предоставить такую ​​вещь, либо действовать в соответствии с принципами предполагаемые ответы.Мы не только не будем притворяться священниками, чтобы знать какую-то уникальную правду о мире, но и потому, что на этот вопрос нет ответа, нет способа удовлетворить это требование каким-либо оправданным способом. Нам нечего никого учить, нам нечего особо сказать, кроме, возможно, указать путь выхода, путь выхода, а это все, что может сделать любой из нас. Об этом нельзя будет судить по его истинной ценности, но только в той степени, в которой это само по себе действительно приводит к действительно эффективному побегу.Возможно, будущее не только не познаваемо, но и сама попытка обосновать некую концепцию деятельности обобщенным и вневременным представлением о будущем — это как раз то, что мешает анализу функционировать как нечто иное, нежели дискурсивная форма.

    БИБЛИОГРАФИЯ

    Стимер, Макс (1995). Эго и его собственное. Транс Леопольд, Дэвид. Кембридж. Издательство Кембриджского университета

    Шмитт, Карл (1996). Понятие политического. Транс Шваб, Джордж.Чикаго. Издательство Чикагского университета

    Фуко, Мишель (1995). Дисциплина и наказание: рождение тюрьмы. Транд Шеридан, Алан. Нью-Йорк. Пингвин Пресс

    Кропоткин, Питер (1995). Завоевание хлеба и других писаний. Эд Шац, Маршалл. Кембридж. Издательство Кембриджского университета Голдман, Эмма (1969 г.). Анархизм и другие эссе. Минеола. Dover Publications

    Ленин, Владимир (1975). В.И. Ленин: Избранные сочинения в трех томах. Москва. Издательство Прогресс.

    Муссолини, Бенито (1975).Политическая и социальная доктрина фашизма. Нью-Йорк. Гордон Пресс

    Бадью. Алена (2012). Возрождение истории: времена бунтов и восстаний. Транс Эллиотт, Грегори. Нью-Йорк. Verso Press

    Tiqqun (2010). Введение в гражданскую войну. Транс Смит, Джейсон и Галлоуэй, Александр. Лос-Анджелес. Полутекст (e)

    Невидимый комитет (2009). Грядущее восстание. Лос-Анджелес. Полутекст (e)

    Письма в журнале (2009–2013). Письма в журнале: Вып.1-4.Филадельфия. Письма Журнал

    Аноним (2011). Пустыня

    [1] Чтобы мы могли думать о любом действии как о релевантном, и вся революционная концепция опирается на это понятие, мы должны предположить, что вселенная не детерминирована, и что действия, деятельность в любой форме порождают эффекты. Таким образом, отсюда следует, что единственный способ даже начать конструировать категорию для данного момента — это конструировать категорию, как утверждает Нисида Китаро, которая признает момент как особенный во времени и пространстве, и как фундаментально отделенный от всего сущего. прошлое, которое было разрушено в результате действия самого действия, даже если динамика прошлых моментов конструирует динамику настоящего.

    [2] Стимер, Макс (1995). Эго и его собственное. Транс Леопольд, Дэвид. Кембридж. Издательство Кембриджского университета

    [3] Schmitt, Carl (1996). Понятие политического. Транс Шваб, Джордж. Чикаго. Издательство Чикагского университета

    [4] Фуко, Мишель (1995). Дисциплина и наказание: рождение тюрьмы. Транд Шеридан, Алан. Нью-Йорк. Пингвин Пресс

    [5] Кропоткин, Питер (1995). Завоевание хлеба и других писаний. Эд Шац, Маршалл. Кембридж.Издательство Кембриджского университета

    [6] Гольдман, Эмма (1969). Анархизм и другие очерки. Минеола. Dover Publications

    [7] Ленин, Владимир (1975). В. И. Ленин: Избранные сочинения в трех томах. Москва. Издатели Progress

    [8] Это концептуальное понимание ясно проявляется в игнорировании государством путинизма концептуальной согласованности в рамках динамической операционной позиции, динамики, обсуждаемой в серии текстов об Украине и Сирии.

    [9] Муссолини, Бенито (1975).Политическая и социальная доктрина фашизма. Нью-Йорк. Гордон Пресс

    [10] Бадью. Алена (2012). Возрождение истории: времена бунтов и восстаний. Транс Эллиотт, Грегори. Нью-Йорк. Verso Press

    [11] Tiqqun (2010). Введение в гражданскую войну. Транс Смит, Джейсон и Галлоуэй, Александр. Лос-Анджелес. Полутекст (e)

    [12] Невидимый комитет (2009). Грядущее восстание. Лос-Анджелес. Полутекст (e)

    [13] Letters Journal (2009–2013 гг.).Письма в журнале: выпуски 1–4. Филадельфия. Письма Журнал

    [14] Аноним (2011). Пустыня

    Почему конференция ООН по биоразнообразию так важна

    Когда 20 000 руководителей правительств, журналистов, активистов и знаменитостей со всего мира готовятся приехать в Глазго на решающий климатический саммит, который начнется в конце этого месяца, состоялась еще одна международная встреча высокого уровня по окружающей среде. началась на этой неделе. Проблема, которую он пытается решить: быстрый крах видов и систем, коллективно поддерживающих жизнь на Земле.

    Ставки на этих двух встречах одинаково высоки, говорят многие ведущие ученые, но кризису биоразнообразия уделяется гораздо меньше внимания.

    «Если мировое сообщество по-прежнему будет рассматривать это как побочное мероприятие, и они будут продолжать думать, что изменение климата — это то, к чему стоит действительно прислушиваться, то к тому времени, когда они проснутся от биоразнообразия, может быть уже слишком поздно», — сказал Фрэнсис Огвал. , один из лидеров рабочей группы, занимающейся формированием соглашения между странами.

    Поскольку изменение климата и утрата биоразнообразия взаимосвязаны и имеют потенциал как для беспроигрышных решений, так и для порочных циклов разрушения, по мнению ученых, их необходимо решать вместе.Но их глобальные встречи на высшем уровне разделены, и одно затмевает другое.

    «Осведомленность еще не достигла того уровня, на котором должна быть», — сказал Ханс-Отто Пёртнер, биолог и исследователь климата, который помог вести международные исследования по обоим вопросам. Он называет их «двумя экзистенциальными кризисами, которые человечество вызвало на планете».

    Почему биоразнообразие имеет значение

    Помимо моральных причин, по которым люди заботятся о других видах на Земле, существуют и практические. На самом базовом уровне выживание людей зависит от природы.

    «Разнообразие всех растений и всех животных, они фактически заставляют планету функционировать», — сказала Энн Ларигодери, эколог, возглавляющий ведущую межправительственную комиссию по биоразнообразию. «Они гарантируют, что у нас есть кислород в воздухе, что у нас есть плодородные почвы».

    Потеряйте слишком много игроков в экосистеме, и она перестанет работать. Средняя численность местных видов в большинстве основных наземных биомов упала как минимум на 20 процентов, в основном с 1900 года, согласно крупному отчету о состоянии мирового биоразнообразия, опубликованному доктором Дж.Группа Ларигодери, Межправительственная научно-политическая платформа по биоразнообразию и экосистемным услугам. Он обнаружил, что около миллиона видов находятся под угрозой исчезновения.

    Изменение климата — лишь одна из причин утраты биоразнообразия. На данный момент главный виновник на суше — люди, разрушающие среду обитания посредством таких видов деятельности, как сельское хозяйство, добыча полезных ископаемых и лесозаготовки. В море чрезмерный вылов рыбы. Другие причины включают загрязнение и интродуцированные виды, которые вытесняют местных.

    «Когда у вас есть два параллельных экзистенциальных кризиса, вы не можете выбрать только один, чтобы сосредоточиться — вы должны решить оба, независимо от того, насколько сложны», — сказал Брайан О’Доннелл, директор Кампании за природу, правозащитной группы. .«Это равносильно тому, что в вашем автомобиле одновременно спустили шину и разрядился аккумулятор. Ты все равно застрянешь, если исправишь только одну.

    Как это работает

    На этой неделе официальные лица по охране окружающей среды, дипломаты и другие наблюдатели со всего мира собрались онлайн, а небольшая группа собралась лично в Куньмине, Китай, на встречу, 15-ю конференцию Организации Объединенных Наций по биоразнообразию.

    Соединенные Штаты — единственная страна в мире, помимо Ватикана, которая не является стороной основного договора, Конвенции о биологическом разнообразии, и эту ситуацию в значительной степени приписывают оппозиции республиканцев.В кулуарах переговоров принимают участие американские представители, ученые и защитники окружающей среды.

    Из-за пандемии конференция была разбита на две части. Хотя эта виртуальная часть была в основном связана с мобилизацией политической воли, страны снова встретятся в Китае весной, чтобы ратифицировать ряд целей, направленных на борьбу с утратой биоразнообразия. «Цель будет заключаться в принятии пакта о природе, аналогичного Парижскому соглашению об изменении климата», — заявила исполнительный секретарь конвенции Элизабет Марума Мрема.

    В прошлом году официальные лица сообщили, что страны мира в значительной степени не достигли целей предыдущего глобального соглашения по биоразнообразию, заключенного в 2010 году.

    Если новые обязательства не будут преобразованы в «эффективную политику и конкретные действия», г-жа Мрема сказал на этой неделе на встрече, «мы рискуем повторить неудачи последнего десятилетия».

    Что дальше?

    Рабочий проект включает 21 цель, которые действуют как план по сокращению утраты биоразнообразия. Многие из них конкретны и измеримы, другие — более абстрактны.Нет ничего легкого. Вкратце они включают:

    • Создайте план для всей территории и акватории каждой страны, чтобы принимать оптимальные решения о том, где вести такие действия, как сельское хозяйство и добыча полезных ископаемых, сохраняя при этом нетронутые территории.

    • Обеспечение устойчивой и безопасной охоты и промысла диких видов.

    • Сокращение сельскохозяйственных стоков, загрязнения пестицидами и пластиком.

    • Используйте экосистемы для ограничения изменения климата, сохраняя в природе углерод, вызывающий потепление планеты.

    • Сократить субсидии и другие финансовые программы, которые наносят ущерб биоразнообразию, по крайней мере, на 500 миллиардов долларов в год — предполагаемую сумму, которую правительства тратят на поддержку ископаемого топлива и потенциально вредные методы ведения сельского хозяйства.

    • Защитить не менее 30 процентов суши и океанов к 2030 году.

    В преддверии конференции эта последняя мера, продвигаемая экологами и растущим числом стран, привлекла наибольшее внимание и ресурсы.В прошлом месяце девять благотворительных групп пожертвовали 5 миллиардов долларов на проект, известный как 30×30.

    «Это цепляет», — сказал Э.О. Уилсон, влиятельный биолог и почетный профессор Гарвардского университета. Он сказал, что надеется, что 30×30 станет шагом на пути к тому, чтобы однажды сохранить половину планеты для природы.

    Коренные народы наблюдали за происходящим с надеждой и беспокойством. Некоторые приветствуют расширение, призывая к увеличению числа, превышающему 30 процентов, в то время как другие опасаются, что они потеряют возможность использовать свои земли, как это исторически случалось во многих районах, отведенных для сохранения.

    Дебаты подчеркивают центральную напряженность, возникающую в переговорах по биоразнообразию.

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.